«Инф.: Ну то же самое рыбачки. Когда путина начинается вот. Сентябрь и… апрель-май. Толпа выходит в море на резиновых лодках! Мы арендуем катер. Если хочешь рыбалкой позаниматься. И выходим в море. Но катер большой! Как минимум метров восемь, четырнадцать, такой. Пластик там или металл. И когда мимо проплывает… Мы сначала не видели. „Мужики! Мужики!“. Мы такие: (втягивает воздух, изображая ужас и удивление). А там – ванна, а в ней два человека сидят. С мотором. „Дайте, – говорит, – зажигалку. А то мы забыли“. Я говорю: „Нормально“. А это… миль, ну, пять от берега. Притом это же… это ж Баренцуха. Там не знаешь, что через полчаса будет. Смелые люди. И вот мы по ним работаем <нрзб>.

Инт.: Эти тоже ваши? Клиенты.

Инф.: Конечно. Конечно. Ну вот… с этими клиентами очень серьезно дело обстоит. В каком плане? Спасатели не очень на них… Короче, объясню. И экспедиционный отряд, и морская спасательная служба должны окупить как-то свой выход в море. Если спасательная служба выходит там… ну, намоталась сетка на винт. Вот. У рыбачка там. Или мимо проходящего сухогруза. Буксир выходит. Берет его… на буксир. И ведет в порт. Они за это деньги получат. То есть то, что они людей спасли – это бесплатно. А то, что они притащили пароход в порт – это уже платно. А здесь… резиновая лодка (усмехается). Ну зацепили и положили… То есть здесь они не очень охотно. Идут на это. Но мы их все-таки просим настойчиво. Заставляем, скажем так» (ПМ, Море).