Паровоз пересекал бескрайние поля, покрытые туманом весенних испарений, а Сергей слышал немного надтреснутый голос своего отца, старого машиниста Тимофея Ивановича, и грусть расставания сжимала сердце.
— Вот ты гордишься — комсомолец. А я, по-твоему, беспартийная серость. А ты Карла Маркса читал? А друга его, Фридриха Энгельса, читал? У него есть книга — небольшая, а великой мудрости книга. Называется «Происхождение семьи, частной собственности и государства».
— Это я проходил в кружке, — независимо сказал Сергей.
— Проходил, проходил… Пройти можно улицу, перегон. А тут надо умом понять, сердцем понять…
Мимо перрона прогремел сильный и горячий паровоз. Тимофей Иванович взмахнул руками и закричал взволнованно:
— Работайте, ребята, с душой! Комсомол посылает вас как лучших. Вернитесь же назад героями и коммунистами!
Но мещанское болото тоже норовит засосать. Коля и Лиденька собираются пожениться, а у Лиденьки как назло мамашка лежит на больничной койке.
— Только условие я вам поставлю: жить у меня. Мне к старости забота нужна! — Я бы с радостью… Но я должен уехать… На время. Меня посылают на Дальний Восток. Это мобилизация… дисциплина… — Ты меня иностранными словами не пугай. Вернешься — поженитесь. А иначе — прокляну! Лиденька сидела на кровати в пальто и берете. Когда он вошел, она все поняла по его лицу. Слезы брызнули из ее глаз. — Я не могу убивать ее! Раз она не хочет, я останусь… Тогда он дал волю своему гневу: — Скажи прямо, что ты мещанка и маменькина дочь, что любовь, комсомол, идеи — все ложь, ложь, ложь!
— Только условие я вам поставлю: жить у меня. Мне к старости забота нужна!
— Я бы с радостью… Но я должен уехать… На время. Меня посылают на Дальний Восток. Это мобилизация… дисциплина…
— Ты меня иностранными словами не пугай. Вернешься — поженитесь. А иначе — прокляну!
Лиденька сидела на кровати в пальто и берете. Когда он вошел, она все поняла по его лицу. Слезы брызнули из ее глаз.
— Я не могу убивать ее! Раз она не хочет, я останусь…
Тогда он дал волю своему гневу:
— Скажи прямо, что ты мещанка и маменькина дочь, что любовь, комсомол, идеи — все ложь, ложь, ложь!
Ячество тоже не дремлет: