Реакция оказалась такой, какую он ждал. Первым позвонил председатель ФСБ Сергей Степашин. По закрытой связи они могли говорить свободно – бывший и нынешний руководители наследницы Комитета государственной безопасности Советского Союза – ФСБ России. Примаков занимал эту должность вплоть до второго избрания Ельцина президентом, и уже три года на его месте работал Степашин. Оба были посвящены в «План Андропова» по сближению с США, и вот… Договорились встретиться и обсудить сбой в программе немедленно, по возвращении Примакова в Москву.

Встречаться в ресторане, как практиковалось раньше, премьер-министр не хотел. Уж больно хорошо он был знаком, как говорят, широкой публике. Ехать на Лубянку тоже нельзя – доложат Ельцину, и тот завибрирует. Какие могут быть секретные дела у премьера с руководителем госбезопасности? Примаков решил собрать всех в «лесу» – ясеневской штаб-квартире Службы внешней разведки, знакомой ему еще с момента строительства здания. Вот и сегодня – получить от зарубежной агентуры последние данные о бомбардировках Югославии было совершенно необходимо. А где, как не в «лесу»? По этой же причине его всегда тянуло сюда. Он ощущал здесь незримую связь со всем миром, некие нити, дергать за которые могли лишь несколько человек во всем мире. Сказывалось и первое – журналистское – образование. Почти все знаменитые советские журналисты-международники всегда были рядом или внутри «ЧК». А уж правдисту Примакову – сам Бог велел.

В свой бывший кабинет на семнадцатом этаже «книжки», от которой отходил пятиэтажный корпус в виде латинской буквы «Y», он попал на персональном лифте. В кабинете ждал Сергей Степашин и скандальный генерал-майор Олег Калугин, которого то лишали звания и орденов, то восстанавливали. Постороннему человеку его присутствие показалось бы странным. Но только не Примакову и Степашину, верным «андроповским соколам», знавшим о ключевой роли Калугина в многолетней игре спецслужб Советского Союза, России и Соединенных Штатов.

– Здравия желаю, товарищи генералы! – приветствовал их Примаков с улыбкой, и они пожали друг другу руки. – Долго говорить нам нечего. Понятно, под удар поставлена конечная цель Юрия Владимировича – сближение России и США. Но, представьте, приземляюсь я в Вашингтоне, улыбаюсь, а в это время на Белград летят «Томагавки»?

– Понятно, это недопустимо. Означало бы полную потерю лица. Но как такое развитие балканского кризиса могли допустить в ЦРУ? На мой взгляд, это нарушение всех договоренностей. – Степашин подошел к окну.

– Они их давно нарушили. Согласитесь, и Горбачев переигрывал с уступками американцам, и Ельцин. Так чего ж не воспользоваться? – продолжил премьер. – Но интуиция подсказывает мне, что президент Клинтон решился на бомбардировку Белграда, чтобы заглушить скандал с Моникой Левински. Значит, это тактический ход, стратегия будет обязательно продолжена по линии «Андропов – Хелмс».