На сцену под сдержанные аплодисменты выходит пожилой белый мужчина, беседовавший с директором. Он начинает свою речь с похвал в адрес школы: называет ее «лучом света» всего района, напоминает о высочайших показателях успеваемости, значительной репрезентации меньшинств и большом проценте учеников, получивших аттестат. Видно, что он привык умасливать толпы – чуть не через каждое слово просит нас похлопать нашим собственным успехам.

– Тем печальнее нам всем было узнать об инциденте, произошедшем на прошлой неделе, – продолжает он. – От лица управления образования заверяю вас, что наша цель – сделать Мидтаун безопасным местом для развития талантов. А теперь предлагаю всем желающим высказать свои вопросы, замечания и предложения.

Зал взрывается разговорами. Родители и ученики выстраиваются в очереди к микрофонам, стоящим по обе стороны от сцены. Моя мама тоже занимает очередь.

Первый вопрос задает кто-то из родителей:

– Как школа допустила подобное происшествие?

– В настоящее время ведется расследование, и я не вправе разглашать подробности, – отвечает мистер Кук. – Информация будет обнародована, как только это станет возможно.

Следующий родитель спрашивает про металлодетекторы, обыски случайных учеников и появление в школе копов.

– Здесь не тюрьма, – говорит он с акцентом. Похоже, его родной язык – испанский. – Объясните, пожалуйста, зачем применять к нашим детям такие строгие процедуры.

– Мы посчитали нужным ужесточить меры по обеспечению безопасности в связи с ростом преступности в районе, – отвечает мистер Кук.

Про копов в школе он не говорит ни слова. Сегодня они стоят прямо в актовом зале, но тут и так все ясно.

Сонни хлопает меня по руке и показывает на второй микрофон: следующей стоит Шена.

Она откашливается и какое-то время не говорит ни слова.

– Шена, давай! – выкрикивает кто-то, и раздаются хлопки. Малик тоже хлопает.

– Меня зовут Шена Кинкейд, – произносит она, глядя прямо в глаза мистеру Куку. – Я учусь в одиннадцатом классе Мидтаунской школы. К сожалению, доктор Кук, я и другие ученики с моим типом внешности в неравных условиях с остальными. Мистер Лонг и мистер Тэйт имели тенденцию чаще обращать внимание на чернокожих и латиноамериканцев, чем на кого-либо другого. Нас чаще выбирали для обыска, для проверки шкафчиков и для повторного прохода через металлодетектор. С несколькими из нас грубо обращались. Теперь их заменили полицейскими, и, признаться, многие из нас опасаются за свою жизнь. Разве мы должны каждый день ходить в школу со страхом?

Зрители хлопают и согласно гомонят, особенно стараются ребята из объединения. Я тоже хлопаю.