– Бри, ты серьезно не понимаешь, почему я на тебя злился? Когда на нас напали, тебя заботила только твоя цепочка. А мне, твоему лучшему другу, между прочим, подбили глаз! Мне надо было понять и простить, да? А потом ты попросила меня соврать маме, чтобы покрыть ваши с Пуф грязные делишки!

Ладно, я даже могу его понять.

– Малик, мне очень нужно было вернуть цепочку. Это был наш последний запас на черный день. Мы могли бы заложить ее, если станет совсем туго.

– Вот в этом и проблема. В последнее время ты думаешь только о деньгах. Бри, деньги – не главное.

– Тебе легко говорить! Я знаю, сколько твоя мама работает, и знаю, что вы не богачи, но тебе все равно легче, чем мне. Малик, нам отключали электричество! Мы пару раз чуть не остались без еды! Тебе не нужно беспокоиться, что ты будешь есть. А мне пришлось! Чувак, у меня последняя пара обуви развалилась! А ты стоишь тут в джорданах.

Он смотрит на свои кроссовки, закусывает губу.

– Да уж. Я понял.

– Ничего ты не понял. И ладно, что не понял. Я очень рада, что ты с таким не сталкивался. Но хотя бы попытайся понять.

– Тяжело было, да?

Я сглатываю.

– Очень.

Повисает молчание.

– Прости, что я тебя не поддержал, – наконец говорит он. – И прости, что к тебе полез. Это было низко. По куче причин.

– Да, низко, – киваю я.

– И что, даже не скажешь: «Эй, Малик, ты слишком строг к себе»?

– Не надейся. Ты повел себя как бабник!

– Типичная Бри. – Малик сует руки в карманы. – Как-то резко все изменилось. Мы совсем другие. Иногда вообще непонятно, что дальше делать. Как ты думаешь, мы сможем принять все перемены и придумать, как дальше дружить?

Хотела бы я сказать, что через десять, двадцать, тридцать лет мы с Сонни и Маликом останемся лучшими друзьями и все будет легко и просто, но это вряд ли сбудется. Мы все меняемся, становимся разными, чем дальше, тем больше.

Но мне бы хотелось надеяться, что мы достаточно дорожим друг другом, чтобы каждый раз знакомиться заново. Может, когда-нибудь у нас с Маликом даже получится что-то большее… А сейчас я просто хочу вернуть друга.

– Да, – отвечаю я, – думаю, у нас получится.