Я открываю рот, чтобы посоветовать ей поцеловать нас в жопу, но Джей быстро встает рядом, вплотную, и незаметно больно щиплет меня за руку.

– Брианна, иди, пожалуйста, сядь, – говорит она. Это на мамском церковном языке значит: «Беги, а то жопу надеру».

Ну и хорошо, сидеть в уголке мне больше нравится. Плюхаюсь на стул с высокой спинкой под портретом пастора Элдриджа. С одной стороны, не понимаю, нахрена мама терпит все эти намеки. С другой стороны, раз она сама на это пошла, значит, окончательно оправилась.

В вестибюль заходит сестра Дэниелс в платье в цветочек и такой же шляпе с огромными полями. Кертис держит ей дверь.

Я выпрямляюсь. Так, волосы на лбу лежат смирно, как убитые. Вчера Джей заплела мне французские косы, и, чтобы все было как надо, я спала в туго затянутом шелковом чепчике. Платье отпад, туфли на танкетке тоже. Но глаза Кертиса при виде меня загораются таким счастьем – кажется, я могла даже не заморачиваться.

Он пробирается ко мне, лавируя в толпе, быстро здороваясь или просто кивая всем, мимо кого проходит.

– Привет, Бри, – тепло говорит он с широченной улыбкой. Все, я тоже разулыбалась.

– Привет.

Кертис садится на подлокотник и разглядывает меня.

– Вообще-то в церкви нельзя выражаться, но, черт подери, классно выглядишь.

– Ты тоже ничего, – отвечаю я. Обычно он ходит в церковь в рубашках поло и черных брюках. Сегодня напялил костюм и галстук.

– Спасибо. – Он поправляет узел. – Если честно, я боялся, что меня все примут за проповедника. Хорошо, что тебе нравится, – видишь, на какие жертвы я ради тебя готов?

– Не стоило…

– А, так я и без костюма горячий? – Кертис двигает бровями. Я смеюсь.

– Я тебя не знаю.

– Это же правда, ты просто боишься говорить это вслух. Короче, насчет свидания. Мы так и не обсудили, что будем делать. Как насчет где-нибудь на неделе в перерыве выйти за территорию и пообедать в Мидтауне?

Кажется, я чувствую на себе чей-то взгляд. Оборачиваюсь.

Ну да, на нас глядят. У двери алтаря стоят мама с братом, и, кажется, пастор Элдридж их интересует меньше, чем мы. Оба, похоже, веселятся.

О господи. Я так и слышу, что они мне потом скажут. Джей начнет задавать неудобные вопросы, а Трей будет меня подкалывать хлеще Сонни.

Но знаете что? Плевать.