Заскрипели деревянные половицы, и бесстрашная Ирина Васильевна испуганно вздрогнула, обернулась на дверь и приложила палец к губам. Когда на кухне появился Виктор, ее лицо выражало полнейшую безмятежность.

— Сынок, может, чайку?

— Нет, спасибо.

Сынок достал из холодильника пакет с соком, налил в стакан и удалился. Проводив влюбленным взглядом своего противного Витеньку, Ирина Васильевна глубоко и с гордостью вздохнула:

— Витя у нас молодец! Самостоятельный. Купил себе прекрасную квартиру, сделал евроремонт. Джакузи там всякие, пол с подогревом… — С восхищением перечислив все «диковинки» в стодвадцатиметровой квартире на двадцать пятом этаже «очень престижного дома, откуда открывается великолепный вид на Москву-реку», восторженная Ирина Васильевна перевела дух и вдруг, ни с того ни с сего, покрывшись еще более густым румянцем, стала перебирать складочки на фартуке. — Жениться, вот, только Витя никак не женится. А пора бы! Двадцать девять лет уже… Я-то думала, он не женится, потому что сейчас просто нет хороших, приличных девушек, а, оказывается, такие есть…

Смешная, она долго не могла побороть охватившее ее смущение. Но чего не сделаешь ради счастья любимого сына? Отважно вскинув голову, Ирина Васильевна посмотрела «приличной девушке» прямо в глаза:

— Наш Витенька очень хороший! Добрый, отзывчивый. Он просто кажется таким… сухарем. Это все из-за банка. Устает, должность очень ответственная, люди кругом разные, а он у нас с детства был очень ранимым мальчиком… Молчун, конечно, но ведь это не беда, правда? Был бы, как говорится, человек хороший. Вы со мной согласны, Танечка?

Хотя насчет доброты и отзывчивости имелись большие сомнения, вежливость требовала покивать в ответ. Ирина Васильевна тут же радостно подскочила, вероятно, решив, что пора от слов переходить к делу.

— Сейчас все вместе будем пить чай! Витенька, ты где, сынок?

Чаепитие с домашним тортиком, размером со шляпную коробку какой-нибудь Комиссаржевской, плавно перетекло в ужин и повторилось с клубничным вареньем. Только в половине одиннадцатого вся раскрасневшаяся компания наконец-то выползла на бодрящий морозный воздух. Барбосы крутились под ногами, прыгали на Сережку, лизали ему щеки — переживали, что он уезжает. Парнишка чесал за пушистыми ушками, кидал мячик и скакал вместе с собаками. К Виктору, пока он не спеша протирал стекла своего черного джипа, псины не подскочили ни разу.

Швыркова утянула Сергея на заднее сиденье и тем самым не оставила «независимым» никакого выбора.

— Обязательно приезжайте в следующее воскресенье! Будем ждать! — раз сто прокричала Ирина Васильевна.