О том, что обо всех праведных заботится Господь, вы знаете, нередко слышите в словах Священного Писания, в словах псалмов Давидовых: Очи Господни на праведныя и уши Его в молитву их (33, 16). Он слышит и принимает молитву каждого из нас. Знаете и другие слова, из псалма 102: Милость же Господня от века и до века на боящихся Его (17). Милостливый Господь сохраняет всё доброе: хранит Господь вся любящия Его и вся грешники потребит (Пс. 144, 20). Ясно нам это сказано.

И святой апостол Петр подтверждает это, он говорит: конечно, знает Господь, как избавлять благочестивых от искушения, а беззаконников соблюдать ко дню суда, для наказания (2 Пет. 2, 9). Знает Господь и хранит всё. Он знает, что наши жизненные нужды и наши скорби очень важны в духовной жизни нашей, поэтому ни одна из мелких нужд, ни одна из малых скорбей наших не может быть безразлична Богу.

Оттого всегда просите Бога обо всем, что вам надо, не смущаясь мыслью, что недостойно Его воссылать молитвы о повседневных своих нуждах. Как малые дети, простирайте к Богу руки, всегда просите обо всем без смущения, просите то, что нужно вам, с детским доверием, ожидая помощи во всем, что не противно воле Божией.

Аминь.

О рассеяности при молитве

О рассеяности при молитве

Много раз прежде и доныне вопрошали и вопрошают меня, как научиться молиться, как избавиться от рассеянности во время молитвы. Говорят, что при молитве всё отвлекает и рассеивает ум, даже луч света, упавший на икону; отвлекает от молитвы и пышность архиерейского богослужения. Говорят: «Не можем сосредоточиться, не можем молиться как следует». И просят научить их.

Просто ли это? О нет, это совсем, совсем не просто. Ибо чему просят научить? Самому великому, самому большому, самому трудному из всех дел человеческих. Ибо, что такое молитва, настоящая молитва? Это прямое общение духа человеческого с Богом.

Ну вот, если так поймете молитву, дам вам основной и важнейший ответ на вопрос, как избавиться от рассеянности. Я скажу вам, что если молитва есть общение с Богом, то надо быть достойными этого общения, надо быть способными к нему. А разве человек, всегда находящийся в суете мирской, редко-редко вспоминающий о Боге, человек, погрязший в страстях, похотях и грехах, – разве может такой человек легко и просто вступить в общение с Богом?