4) Местные учреждения и население никогда не видали людей, приезжающих из Главнауки, людей действующей науки, нашей, советской, без церквей, без монахов, именно нашей науки, понятной рабочим и крестьянам; не было случая, чтобы люди, приехавшие из культурного Центра, изъявили свое согласие поговорить с местным населением о действительно необходимой ему культуре.

5) Если в чем проявила себя приезжающая и местная музейная администрация (кроме ныне заведующей Беловой-Карповой Е.И.), то это в советах одной из групп верующих об открытии закрытых церквей монастыря, результатом чего было подано этой группой во ВЦИК ходатайство об открытии, и что эта религиозная группа, впоследствии убедившаяся, что закрытие церквей монастыря кроме пользы им ничего не дало, ибо сберегло у них трудовые средства, которые должны были бы пойти на содержание дорогостоящих монастырских церквей с монахами, и что желающие удовлетворить свои религиозные потребности легче их удовлетворят в церквах г. Козельска и прилегающих селений, имеющих прямое сообщение и не отделенных рекой Жиздрой, как это имеет место с оптинскими церквями.

6) Состояние бывшего Оптинского монастыря в данное время. А) Все имеющиеся церкви (6 больших и 2 маленьких) закрыты и находятся в ведении Музея и ни для какой цели не использованы и разрушаются от времени. Бывших монахов, проживающих в бывшем монастыре и находящихся на службе в музее, — 14 человек. Б) По мнению местных организаций, да оно и несомненно так, Музею вести в усадьбе какое-либо рациональное хозяйство нельзя, как себя не оправдывающее, что видно с делом выделки кож в бывшем монастыре, которое, по словам заведующей, закрывается как невыгодное и облагается будто бы высокими налогами… О каком-либо другом виде доходного хозяйства говорить не приходится. Постройки требуют средств не только на ремонт, но и на охрану их от расхищений, но источника этих средств нет и не может быть, ибо слишком уж для определенных целей все это создавалось. В) В интересах сохранения государственного достояния все бывшее монастырское имущество (за исключением, возможно, имеющих действительно историческое и художественное значение предметов, которые необходимо передать в Москву в музеи), все остальное имущество бывшего монастыря необходимо передать в фонд ГЗУ (Губземуправления) для рационального использования, и в 1-ю очередь церковных колоколов (1300 пудов), меди и утвари металлической вообще. Использование разрушающихся построек, не могущих быть ни для чего приспособленных, продажей их с публичных торгов. Г) Годные помещения, освобожденные от детского дома и некоторые другие, предоставить в распоряжение расквартированного в Козельском уезде 242-го полка, как не могущего разместиться в должном порядке в г. Козельске за отсутствием соответствующих помещений, с предоставлением полку права пользования бывших церквей для клубов и складочных помещений и для организации в бывшем монастыре военного городка. <…> Производивший по поручению Губисполкома обследование (подпись)».