Это сделало униатство региональным проектом для Западной Украины и Беларуси, далеких от неуправляемого казачества. Варшава в проекте разочаровалась, и тех преференций, которые ожидали авторы унии, они не получили. Уния осталась региональной конфессией, которая не решила проблему православной схизмы. Ресурсы церковной структуры ослабели, поскольку она стала верой лишь украинского крестьянства, не представленной в аристократии, высокой политике и со слабой материальной основой.

Часть догматических и обрядовых компромиссов унии католическая сторона «забыла», и на протяжении XVII–XVIII веков произошла «латинизация» униатства. К XIX веку социальная структура общества превратила униатских священников, по сути, в сельских пан-отцов, которые в восприятии католической шляхты мало чем отличались от холопов. В результате униатство (называемое так с 1774 года, а уже при Австрии оно получило официальное наименование «греко-католичество») стало истинно народной церковью, во многом сохраняющей идентичность русинов-украинцев.

Некоторую поддержку греко-католикам оказали австрийская императрица Мария-Терезия и ее сын Иосиф II, проводившие в 1770—1790-х годах модернизационные реформы. Греко-католики были уравнены в правах с католиками, в Вене для них было создано учебное заведение «Барбареум», а позже семинария во Львове. Австрии, получившей в 1772 году Галичину после первого раздела Речи Посполитой, нужно было как-то интегрировать край. По достижении компромисса с польской аристократией Вена забыла о греко-католиках и русинах, однако на бо́льшую часть XIX века греко-католическая церковь стала выразителем интересов русинско-украинского сообщества: новая галицкая интеллигенция в основном представляла собой выходцев из священнических семей.

В XVIII веке резиденцией греко-католических митрополитов был Радомышль. Но после разделов Речи Посполитой он оказался под властью России, а митрополит – под домашним арестом. В результате в 1808 году появились два митрополита – в Австрии и в России. Российского назначали царские чиновники, и папы их не признавали. Но в 1839 году с солдатской прямотой российский самодержец Николай I упразднил унию на территории Российской империи, и все униаты Волыни, Полесья, Правобережья и Беларуси автоматически стали православными. Униатская церковь осталась только в австрийских владениях, что делало ее далее специфическим галицким институтом.

Каковы были национальные приоритеты греко-католического клира? В середине XIX века клир колебался между старорусинством (принадлежность к униатской церкви делает галицких русинов отдельной нацией), москвофильством (ориентацией на Российскую империю и «единый русский народ») и украинофильством. Но социальные и политические перемены эпохи, подъем национального движения и возникновение украинских политических партий не оставляли церкви выбора: она связала свою судьбу с украинством и проводит все более активную работу с паствой.