934 Если мы вообще хотим что-либо понять, это возможно для нас только по-европейски. Да, многое постигается сердцем, но разуму трудно угнаться за ним с интеллектуальными формулировками, чтобы придать понятому подобающее выражение. Присутствует также и постижение в уме, в особенности посредством научного разума, где остается мало места для сердца. Самому читателю мы предоставляем решать, пользоваться ли одним или другим способом, а сами попробуем обратиться сначала к уму, чтобы отыскать или перекинуть мостки между йогой и европейским ее пониманием.

935 Для этого придется вернуться к рассмотренным выше символам и на сей раз изучить их смысловое содержание. Солнце, с которого начинается этот символический ряд, есть источник тепла и света, несомненное средоточие зримого для нас мира. Как податель жизни, оно всегда и повсюду воображалось либо как само божество, либо как его образ. Даже в мире христианских представлений это излюбленная allegorie Christi (аллегория Христова). Вторым источником жизни, особенно в южных краях, считается вода, играющая заметную роль в христианских аллегориях — вспомним, например, четыре райских реки или те воды, что текут из-под порога храма (Иез. 47:1). Эти воды уподобляли крови, стекающей по боку Христа. В этой связи упомяну также о разговоре Христа с самаритянкой у колодца (Ин. 4:5 и далее) и о реках живой воды от «чрева Христова» (Ин. 7:38). Медитация о солнце и воде наглядно пробуждает такие и сходные с ними смысловые связи, а медитирующий движется от видимых явлений к их подоплеке, то есть к скрытому за объектом медитации духовному смыслу. Тем самым он переносится в область психического, где солнце и вода утрачивают свою физическую предметность и становятся символами психических содержаний, а именно, образами источников жизни в индивидуальной психике. Наше сознание ведь не творит само себя, оно поднимается на поверхность из неведомых глубин. Оно постепенно пробуждается у ребенка — и каждое утро вырывается из пучины сна, то бишь из бессознательного состояния. Оно подобно ребенку, который ежедневно рождается из материнского лона бессознательного. При тщательном изучении бессознательных процессов мы понимаем, что сознание не просто находится под влиянием бессознательного, но непрерывно исходит из него посредством бесчисленных спонтанных представлений и проблесков мысли. Медитация о солнце и воде тем самым оказывается чем-то вроде спуска к душевным истокам, даже к самому бессознательному.

936 Тут дает о себе знать различие между восточным и западным духом. С этим различием мы встречались ранее, когда описывали алтари — вознесенный над землей и скрытый в земле. Запад всегда ищет возвышения, а Восток стремится к погружению и углублению. Внешняя действительность с ее телесностью и весомостью кажется европейцу куда более живой и требовательной, чем индийцу. Поэтому первый ищет способы вознестись над миром, а второй охотно возвращается к материнским недрам природы.