У татар издревле принято, чтобы в ближайшие дни после рождения ребёнка нужно принести в жертву барана – назер-курбан, поскольку принесение жертвы считается делом в высшей степени богоугодным. Согласно Сунне Пророка (с.а.с.) несовершение жертвы не даст ребенку милости в День воскресения. Эта жертва-курбан поможет ему перейти мост Сират, который протянут между адом и раем. Если за ребенка не была принесена жертва родителями, то он сам должен исполнить предписание, когда повзрослеет. За мальчика полагается приносить даже двух баранов, а за девочку – одного. Во время принесения жертвы читается молитва, в которой указывается, что жертва приносится за младенца и называется его имя. Мясо жертвенного животного идет на милостыню муллам, часть раздается беднякам, а также шакирдам – ученикам татарских школ, а остальная треть остается самим хозяевам. Равным образом отдается в пользу бедныхи кожа животного. Кости же не разрешается выбрасывать в нечистое место, не дают их и собакам, а бережно складывают в какой-либо укромный угол, зарывают в землю или же опускают в прорубь.

Христианский миссионер и публицист Я. Д. Коблов в книге «Религиозные обряды и обычаи татар магометан» писал: «Первой стрижке волос младенца татар придают серьезное значение. Происходит этот обряд в разное время – через две недели, через месяц, иногда и позже. Снятые с головы волосы взвешивают, и поэтому весу определяют милостыню бедным. Среднего достатка люди соответственно размеру веса волос ребенка платят милостыню серебром, а богатые – золотом. Мулла зачитывал молитву, иногда он срезал немного волос у ребенка, которые мать прятала в сундук или в какую-нибудь щель в стене. По существовавшим поверьям, выбросить или потерять первые срезанные у ребенка волосы было опасно: во-первых, потому что их могли разнести по своим гнездам птицы и тогда якобы у ребенка будет всю жизнь болеть голова; во-вторых, если птицы их расклюют, ребенок может облысеть. Девочке стригли волосы лет до 5–6, затем прекращали. Когда ребенок начинал ходить, его родители устраивали праздник аяк-той (праздник ноги), на котором ребенка одевает уже его мать. На праздник приглашали обычно только соседей и родственников, угощали пловом и шурбой.

Радостным событием являлось также прорезывание первого зуба у ребенка. Кто первым замечал появление у ребенка первого зуба, того родители награждали небольшим подарком, а ребенок впоследствии называл его, в зависимости от возраста и пола, теш анай, теш атай, теш тэтэй (теш дэдэй).