Светлый фон

Слабые зачатки возрождения национальной татарской культуры проросли во время правления Екатерины II, во второй пол. XVIII в., времени создания Духовного управления мусульман России. Неудачная христианизация иноверцев, особенно мусульман, не дала должного результата царским властям. Напротив, она заострила многие противоречия в государственной политике России, связанные во взаимоотношениях с другими национальными меньшинствами. Самодержавная Россия была вынуждена искать компромиссные варианты этой политики: чтобы и себя не обидеть, и мусульманам угодить.

Создание Духовного управления правительством России стало очень удачливым решением накопившихся проблем. Если мусульманские духовные лица на протяжении многих лет выступали против царизма, то теперь они превратились в управляемых слуг. Предоставляя некоторую свободу исламу, царское правительство в то же время через духовенство делало ставку на Восток, чтобы оно стало помощником в налаживании отношений с тюркскими, мусульманскими народами на юго-восточных рубежах государства. Несомненно, сохранилась у царизма боязнь народного негодования и бунтов, не стерлись еще из памяти восстания Степана Разина и Емельяна Пугачева.

Другой немаловажной причиной заострившихся проблем во взаимоотношениях между правительством и татарами являлась постепенная русификация иноверческого населения, которая происходила через образовательные школы, и о которой мы уже говорили в предыдущей главе, посвященной татарскому языку.

Начало XIX столетия было характерно заметным влиянием русской общественной мысли и литературы, которое более усилилось в связи с открытием Казанского университета. В это же время начинаются повсеместно строиться и возрождаться мечети по всему Поволжью. Чуть ли каждая мечеть имела при этом свои мектебе и медресе. Таким образом, татарское образование в этот период вновь начинало пускать свои корни.

Мектебом (мактабом) называлась начальная школа, и руководил им, как правило, мулла или учитель хальфа. Не существовало в нем ни классов, ни утвержденных учебных программ. Впрочем, поначалу не хватало и квалифицированных педагогов, сроки обучения в мектебах тоже не определялись. Так, профессор Казанской духовной академии Н. И. Ильминский писал о мектебе с. Кикино Чембарского уезда: «Представьте себе такую картину: комната без всякой ученической мебели, на полу ряд маленьких детских сундучков, за которыми школьники, сидя по восточному обычаю или стоя на коленях, готовят уроки. По стенам – полки с постельными принадлежностями, тут же самовары с чайными приборами, в углу – куча одежды учеников. Вот вся обстановка татарского святилища науки… Обучение ведется на непонятном арабском языке. Шакирды нараспев читают книги: «Иман-шарты», «Алты бармак» и др. Из содержания обучения русский язык исключен»[333].