На последнем заседании Межрелигиозного совета России (МСР) действительно произошел небольшой инцидент. Муфтий Равиль Гййнутдин покинул заседание, сославшись на неотложную встречу, в момент, когда возникли разногласия между ним и представителями Центрального духовного управления мусульман России. Этот поступок досточтимого хазрата не привел к скандалу и не сорвал заседания, однако оставил неприятный осадок у большинства участников встречи. Трудно было не согласиться с муфтием Гкйнутдином, что Межрелигиозный совет не может быть ареной для выяснения отношений на внутриконфессиональном уровне, однако обмен обвинениями между представителями различных исламских организаций стал, к сожалению, обычным делом на заседаниях МСР.
Непростая ситуация, сложившаяся в исламском сообществе России, уже давно создает серьезные трудности для ведения полноценного межрелигиозного диалога. Впрочем, Центральное духовное управление мусульман России и Совет муфтиев России выступили равноправными учредителями МСР наряду с Русской Православной Церковью, Конгрессом еврейских религиозных общин и организаций России и Буддийской традиционной сангхой России. Изначально предполагалось ввести в президиум МСР по два представителя от каждой религии, чтобы, с одной стороны, равно представлять оба мусульманских центра, а с другой — не создавать конфессионального диспаритета. В дальнейшем, однако, эта схема не оправдала себя, поскольку в этом случае в Совете не были бы представлены муфтии Северного Кавказа, Татарстана, Тюменской области и других регионов, которые имеют собственные независимые управления и представители которых подчас высказывали пожелания о самостоятельном участии в работе МСР. На последнем заседании Совета был предложен новый формат президиума, согласно которому он становится более гибкой структурой и численность его членов от каждой религии не ограничивается, однако при принятии решений действует правило «одна религия — один голос». Новая схема одобрена всеми сторонами и, надо полагать, позволит включить в работу Совета любые заинтересованные мусульманские структуры, не создавая при этом неразрешимых технических трудностей. Впрочем, хотел бы еще раз подчеркнуть: МСР не должен пытаться разрешать внутрирелигиозных противоречий, а потому — по крайней мере для нашей Церкви — было бы желательно, чтобы различные организации последователей ислама приходили бы на этот Совет с единой позицией и единым представительством.