Суперагент захотел что–то возразить, но Кантор не дал ему вставить слово.

— Однако у достойного Хая Малькольма Лендера, чей покой вы нарушили столь бесцеремонно и в столь неурочный час, наверняка есть к вам вопросы, не так ли? — и Кантор величественным жестом пригласил сочинителя принять эстафету.

Лендер открыл было рот, но не нашел что сказать, и закрыл его снова.

— Красноречиво, — сказал Кантор с усмешкой, — у достойного господина сочинителя просто нет слов. Извольте объясниться, господа! Мы ждем!

Главный из агентов провел по лицу шевронной перчаткой, как бы стирая серую пыль, и набрал в легкие воздуха.

— Я не уполномочен давать какие бы то ни было объяснения своих действий, — заговорил он в полном соответствии с инструкцией, — мы, действуя в интересах синдикатов, явились к господину сочинителю, дабы задать несколько вопросов относительно событий в Нэнте…

— Прекрасно, — вставил Кантор, как бы проверяя, легко ли будет в нужный момент прекратить открывшийся ручеек слов.

— И мы решительно настроены эти вопросы задать, — продолжал суперагент, воодушевляясь, — а посему…

— Достаточно, — отрезал Кантор, — все ясно.

— Однако…

— Полно. Наша поездка в Нэнт была связана исключительно с расследованием, которое веду я. Достойный Лендер не имеет права распространяться ни о каких событиях, свидетелем которых он был, ни о каких фактах следствия, домыслах и идеях, а также о событиях, которые могут иметь отношение к расследованию. Об этом Лендером собственноручно был составлен и подписан соответствующий документ, — словно старую, заученную еще в детстве балладу, на одном дыхании выдал Кантор.

— Но–о–о… — попытался вставить Лендер, однако был проигнорирован.

— Я действую в интересах синдикатов, которые в данный момент являются моим клиентом, и властью, делегированной мне лендлордами, уведомляю вас, что мой клиент не потерпит вмешательства в дознание и расценит всякие препятствия моей работе как враждебные действия по отношению к нему, — продолжал Кантор, жестом повелевая Лендеру замолчать.

Суперагент теперь несколько раз открыл и закрыл рот, пытаясь вставить словцо, но Кантор всем видом давал понять, что ничего слушать не намерен.

— Всю информацию о ходе расследования вы можете получить у шефа полицейского управления в официальном порядке, направив соответствующие запросы, — закончил Кантор.

Агенты переглянулись. Пререкаться было бессмысленно, а задавать вопросы вне перспективы получить на них ответы не позволяла инструкция, ибо им тоже предписывалось всячески оберегать не только факты, но и само направление, в котором они ведут свое дознание.