Брайар пинком распахнула дверь на лестницу и помчалась вниз, не встречая никакого сопротивления.

— На лестнице все чисто! — крикнула она. — Зик, волоки сюда пушку! Люси, сколько еще она будет разогреваться? За последний час из нее не стреляли. Только не говорите, что пятнадцать минут!

— И не скажу — если и впрямь не стреляли. Чуть-чуть еще потерпите, — слабо донеслось откуда-то сверху.

Последних слов Брайар уже не слышала. Коридор на гостевом этаже оказался слегка приперчен трухляками в различных, но одинаково мерзких стадиях разложения. Она насчитала пятерых. Мертвяки разгуливали среди тел павших товарищей, обгладывая руки и ноги у трупов посвежее. Увлеченные этим занятием, они едва обращали внимание на Брайар, и та быстро, одного за другим, их перестреляла.

По полу были разбросаны оторванные конечности, которым вроде бы полагалось смердеть, но тут Брайар вспомнила, что на ней до сих пор маска, — и запах резины и угольных фильтров перебивал все остальные. Впервые за время, проведенное в городе, она порадовалась этой вони.

Там и сям попадались руки, отпавшие сами собой в результате гниения, а за углом обнаружилось несколько полуголых трупов без голов, улегшихся вповалку. Сначала она встревожилась: кто мог их обезглавить? Но потом решила, что это пустяки и ей нет до этого дела. У всех живых — даже тех, кто цапался между собой, — был общий враг в лице трухляков, и кто бы ни отделил эти головы от этих тел, он заслуживал благодарности.

Она расшвыривала на ходу бесхозные конечности, расчищая себе путь, и заодно проверяла, так ли уж безобидны все эти тела, лежащие ничком. Так и есть, нашелся притворщик: подняв оставшееся без пары веко, он оскалил зубы и в тот же миг распрощался и с ними, и с лицом.

Из лестничной шахты вынырнул Зик; Глушилку он взвалил на спину и обхватил сзади руками, на манер колодок.

— Мам, что теперь будем делать? — спросил он с нескрываемой тревогой, и Брайар поняла, что не вполне готова к такому вопросу.

— Не знаю, — призналась она. — Но отсюда надо убираться, это ясно как день. С этого и начнем.

— Пойдем с ними? В китайский квартал?

— Нет, не стоит, — проронила Анжелина.

Она возникла в проеме первой — с ногой Свакхаммера на плече. Следом показался Фрэнк со второй ногой, затем Кальмар и Люси, между которыми безвольно повисло туловище раненого.

— Простите?

— Топайте в форт. Там они чинили дирижабль. Сейчас должен быть готов ко взлету, — заключила принцесса, каждым отрывистым словом выдавая крайнюю усталость. — На нем и улетите.

— Из города? — вставил Зик.

— По крайней мере, из этой его части, — сообщила Люси из-под шеи Иеремии. — Помогите нам погрузить его в лифт и подождите, пока мы не спустимся. А вот как уйдем… — Она шевельнулась, и раненый слабо застонал. — Тогда вы заберетесь на подъемник, Брайар Уилкс, и шарахнете из этой чертовой пушки. А потом унесете отсюда ноги, оба.