На самом деле, как пояснил Раскон, до настоящих джунглей они не добрались. Да и не добирались до этого ни разу, всегда задерживаясь на широком, богатом пороге – но не рискуя войти внутрь. Там уже начинала встречаться странная, непривычная живность и растительность, появлялись вонючие, смертельно опасные болота, а русла частенько зарастали настолько, что “Карге” приходилось пробираться силой, буквально проламывая себе дорогу… Но это все равно были не настоящие джунгли. Соваться на дальний юг без подготовки, за одну короткую, месячную вылазку – невозможно. Такие путешествия начинаются весной, на специально подготовленных плотах с опытными командами, с тем расчетом, чтобы начать собирать добычу сразу после окончания зимних дождей. Строятся временные лагеря, организуется вывоз груза на север, стихийно вырастают маленькие, летние поселки.

Жить в джунглях постоянно – невозможно, во всяком случае для обычных людей. Слишком жарко, слишком влажно, слишком много ядовитых тварей, слишком мало нормальной еды и воды. Одной охотой прожить тяжело, учитывая то, что пригодных в пищу животных там было мало, да и тех достать было не так просто; вырастить что-то во влажной, пропитанной всякой дрянью почве – невозможно, а регулярно тащить с севера припасы – безумно долго и дорого. Это на севере одна тяжело груженая горжа с цепочкой плотов способна доставить поселку зерна на месяц, а попробуй-ка провести такой плот в самое сердце джунглей через половину Гардаша.

Попытки создать постоянные поселения были, безусловно… но заканчивалось все плохо. Природа косила людей с потрясающей легкостью, техника разваливалась, здания гнили, люди тоже гнили, подцепив какую-нибудь заразную дрянь, а потом полутрупами возвращались на север, распространяя болезнь все дальше. Да и животные в джунглях были под стать остальной природе – Грандаргаши могли в одиночку уничтожить труд сотен человек, просто выбрав неподходящее место для водопоя, а всякие твари помельче проделывали то же самое – но уже специально. Например, дальние родственники фелинтов – огромные черные кошки, без разрядников, но куда более крупные, – запросто могли перепрыгнуть частокол высотой в три человеческих роста, с известными последствиями.

Про джунгли вообще ходило такое количество слухов, жутких рассказов и свидетельств якобы очевидцев, что Брак зарекся когда-либо туда соваться. Не то, чтобы он собирался, но рисковать своим рассудком, подцепив личинок плотоядной шмухи… Везим, рассказывавший ему местные байки, наглядно продемонстрировал, что происходит внутри черепа такого неудачника – ярко красный плод с толстой кожурой, красивый и невероятно аппетитно пахнущий, после вскрытия кишел мелкими, зубастыми личинками, неторопливо выжирающими бледно-розовую мясистую плоть. Брак удержал свое бунтующее воображение, а вот Кандар ушел шумно блевать с палубы, яростно костеря довольного собой охотника.