Глубоко под их ногами лежал океан, но на поверхности земли вовсе не было воды, которой они могли бы смыть кровь со своих рук. Они оттирали руки снегом. Снова и снова они сгребали снег и старательно терли кожу, пока их закоченевшие пальцы не разболелись от холода, пока их кожа не покраснела от трения, а потом не побелела от холода, а они брали все новые и новые пригоршни снега и все старательнее терли им руки, пытаясь не просто оттереть их, но и очиститься.

Внезапно почувствовав, что находится на грани безумия, Дасти оторвал взгляд от своих трясущихся рук и увидел Марти. Она стояла на коленях, наклонившись вперед, на лице застыла маска отвращения, черные волосы покрывала кружевная снежная мантилья. Она скребла руки крепкими комками снега, наполовину превратившегося в колючий лед, терла их с такой жестокостью, что вот-вот должна была разодрать кожу до крови.

Он взял ее за запястья, мягко вынудил разжать пальцы и выпустить заледеневшие комья снега.

— Достаточно.

Она кивнула, с благодарностью взглянув на мужа.

— Я скребла бы всю ночь, если бы можно было отскрести то, что произошло за последний час. — Ее голос срывался от потрясения.

— Я знаю, — ответил он. — Я знаю.

* * *

Спустя пятьдесят минут — что соответствовало продолжительности двух эпизодов из шоу Фила Харриса и Алисы Фэйв, которое Ариман слушал по радио, — Дженнифер прискакала домой, чтобы накинуть на спину попону и остыть.

Ее стеснительные преследователи — Скит и краснолицый тип — прибыли сразу же вслед за нею. Они въехали прямо на стоянку для жильцов дома и остановились, чтобы посмотреть, как Дженнифер исчезает в подъезде.

Со своего наблюдательного пункта под деревом на сыщиков глядел доктор. Он позволил себе испытать тихую гордость за свое сверхчеловеческое терпение. Хороший игрок должен знать, когда нужно сделать шаг, а когда выждать, хотя ожидание может порой показаться неразумным.

Очевидно, Марти и Дасти опрометчиво поручили Скита заботам краснорожего типа. И поэтому терпение получит награду в виде двух убийств и призовой игры.

К настоящему времени он уже знал двоих детективов настолько хорошо, что мог с уверенностью предсказать: эта парочка настолько устала, ей настолько все надоело, что они не станут возобновлять наблюдение и наконец свернутся. Кроме того, после гуляша из ревеня и супа из сладкого картофеля мальчишки ощущают себя унылыми и вялыми, тоскуют о домашнем уюте: о потертых раскладных стульях с выдвижными скамеечками для ног и о тех безумно глупых комедиях, которые в неограниченном количестве поставляет огромная, жужжащая, пыхтящая, ревущая, топающая термоядерная американская индустрия развлечений.