— Погоди… Айя, — силой отстранил он ее, — нам надо отсюда уйти.

— А я не хочу! Я хочу целоваться, — цепкие руки снова потянули Артема вниз.

И он не смог противостоять и тогда просто подхватил ее нежное, почти невесомое тело и почти бегом понес в сторону кустов и скал. Айя засмеялась и капризно запричитала:

— Не хочу. Не хочу! Отпусти меня, злой дядька. Уу-у-у-у! Отстань, противный!

Но Павлов уже видел, что полицейские также заметили их, и уже один из них что-то быстро говорил кому-то по рации, в то время как второй прикладывал к глазам бинокль.

— Айечка, замолчи, дорогая! За нами уже местные менты бегут. Смотри.

Свисающая с адвокатского плеча девушка даже перестала колотить его кулачками по спине.

— Какие менты?

И конечно, она увидела две бело-голубые фигурки, прыгающие через тела отдыхающих, уже плотно заполнившие песчаный пляж.

— Ух ты! Классно! Погоня. Копы! Вау! Я тебя обожаю, мой Клайд. Я буду твоей Бонни. О'кей? Дай мне скорее револьвер, и я уложу их на месте.

— Прекрати, — попросил Артем и наконец-то нырнул в заросли магнолии, — если догонят, нам будет не до смеха.

Брякнул телефон, и Айя решительно высвободилась из его объятий, приняла вызов и, нестерпимо медленно идя рядом с Артемом, принялась болтать на итальянском. И лишь когда неведомый собеседник, услышав от нее слово «полиция», вывалил на Айю град непереводимых идиом, девушка вдруг что-то поняла.

В следующий миг, придерживая свои роскошные волосы, она бежала впереди Артема. Через минуту беглецы карабкались по острым камням на дорогу. Через три — преодолели последнее препятствие и вышли к городскому парку, который назывался «Экзотический сад». Еще семь минут ходьбы — и они оказались на окраине города Изе. Айя повернулась к Артему, и ее глаза были серьезны:

— Ушли?

— Кажется, оторвались. Теперь надо быстро забрать документы — и в аэропорт. Летим в Москву.

Павлов сказал это быстро и вполне уверенно, не спросив мнения своей спутницы, и сразу увидел: поторопился. Девушка уверенно покачала головой:

— Хм. Раскомандовался. Я никуда не лечу.

Артем непонимающе вгляделся в ее глаза.

— Как? Айя! Здесь нельзя оставаться. Ты что? Не понимаешь?

— Я в Москву не полечу, — она упрямо сдвинула брови.