Впереди снова вспыхнул таинственный темно-синий свет и вовремя: они сбились с курса в непроглядной тьме, которая, казалось, как губка, была пропитана влагой. Д’Анжу повернул шлюпку в направлении сигнала, и вскоре суденышко уткнулось носом в песок. Француз, оставив ручку управления, накренил вниз двигатель, извлекая из воды гребной винт. Борн, перескочив через борт, стал вытаскивать за веревку лодку на берег.

Джейсон чуть не поперхнулся от неожиданности, когда рядом с ним словно из-под земли вырос человек.

— Четыре руки лучше, чем две! — прокричал незнакомец явно восточного происхождения на американизированном английском.

— Вы связник? — проорал в ответ сбитый с толку Джейсон, гадая, не сотворили ли дождь и качка что-нибудь с его слухом.

— Дурацкий термин! — проговорил громко человек. — Я просто друг!

Минут через пять, вытащив ялик на берег, все трое вошли в густые прибрежные заросли и буквально через несколько шагов очутились среди низкорослых деревьев. «Друг» соорудил на скорую руку укрытие из брезента, прихваченного ими с лодки. Небольшой костер освещал лишь лесную чащобу напротив тента, по сторонам же ничего не было видно. Пламя притягивало к себе. Борн и д’Анжу, изрядно продрогшие на ветру под проливным дождем, сидели, поджав ноги по-турецки, и у самого огня. Француз разговаривал с облаченным в военную форму китайцем.

— Едва ли это было нужно, Гамма…[117] Я заимствовал кое-что из наших прежних традиций, Дельта. Вообще говоря, я мог бы окрестить его и Танго или Фокстротом… Ты же знаешь, не всем нашим бойцам давались названия греческих букв: греческий алфавит был зарезервирован для начальства.

— Дурацкий разговор! Я хочу знать, почему мы здесь! Почему ты не заплатил ему как следует, чтобы побыстрее покончить с этим делом?

— Вот те раз! — изрек китаец. — Смотри, как кошка распушила хвост! Но где же ее мышка?

— Для меня поймать мышку — значит вернуться на катер. У меня действительно нет времени, чтобы распивать чаи!

— Не желаете ли скотча? — спросил офицер Китайской Народной Республики, подойдя к Борну, и протянул бутылку неплохого виски. — Нам придется пить из горлышка, но думаю, это не беда: мы не заразные. Моемся, чистим зубы, спим с чистыми шлюхами… Во всяком случае, мое небесное правительство уверяет, что они чистые.

— Кто вы, черт вас побери, такой? — спросил Джейсон.

— Вам достаточно знать, что я Гамма: Эхо убедил меня в этом. Ну а кто я на самом деле, подумайте на досуге. Скажу лишь, что довелось мне побывать в ЮКУ — Южно-Калифорнийском университете и в аспирантуре в Беркли… Помните все эти протесты шестидесятых годов?