— Бронирование места на нескольких рейсах, — заметил француз, — свидетельствует о том, что Су не знает, когда войдет в контакт с убийцей.

— Но в том, что свяжется с ним, он абсолютно уверен. Что бы он ни должен был передать убийце, это непременно будет нечто исключительно важное, подлежащее безусловному исполнению. — Джейсон посмотрел на офицера китайской армии: — Доставь нас в Бэйдцзин. В аэропорт. Первым же рейсом. Я озолочу тебя, верь мне!

— Дельта, да ты с ума сошел! — воскликнул д’Анжу. — Пекин исключается!

— Почему? В розыске мы не числимся, а иностранцев там и без нас полно: и французов, и англичан, и американцев, и итальянцев, и черт знает еще кого. Их можно встретить по всему городу. Паспорта у нас с тобой в порядке, так что проскочим.

— Не валяй дурака! — упорствовал Эхо. — Мы окажемся у них в сетях. Учитывая, что известно нам с тобой, нас сразу же прикончат на месте, как только в силу каких-то обстоятельств мы попадем к ним в лапы. Что же касается нашего «приятеля», то он непременно вернется назад, буквально через несколько дней.

— В моем распоряжении нет и этих нескольких дней, — отрезал Борн. — Я уже дважды проморгал этого типа и не собираюсь упускать его в третий раз.

— Рассчитываешь схватить его в Китае?

— Да. Где еще, как не там, он меньше всего будет ожидать ловушки?

— Безумие! У тебя не все дома!

— Принимайся за дело, — обратился Джейсон к офицеру-китайцу. — Мы летим первым же рейсом из Кай-Така. Когда получу билеты, то тому, кто доставит их мне, я вручу пятьдесят тысяч американских долларов. Пошли в аэропорт того, кому ты доверяешь.

— Пятьдесят тысяч?.. — Человек по прозвищу Гамма в изумлении уставился на Борна.

Небо над Пекином было подернуто легкой дымкой, окрашиваемой пылью, переносимой ветром с северокитайской равнины, в бледно-желтые и темно-коричневые тона. Международный аэропорт, как и положено, занимал обширную территорию. Летное поле было испещрено взлетными полосами, словно опутавшими его сетью черных проспектов, достигавших порою свыше двух миль в длину. Если и существовали какие-то различия во внешнем облике пекинского аэропорта и его западных соперников, то они скорее всего проявлялись в архитектурном своеобразии огромного куполообразного аэровокзала с примыкавшим к нему отелем и многочисленными переходами, соединявшими между собою различные строения, входившие в вокзальный комплекс. Хотя само по себе здание выглядело вполне современно, чувствовалось, что при его строительстве принимались в расчет исключительно возлагавшиеся на него функции, а это уже само по себе делало ненужной радующую взор отделку. В общем, это был аэропорт, и только. Он предназначался для вполне определенных целей, и если следовало чем-то восхищаться, так разве что его эффективностью, но никак не красотой.