— Вы проверили мой псевдоним и личный номер?

— Да, сэр.

— Но все-таки не верите, что я генерал Добкин?

— Нет, сэр.

— Я не виню тебя за это, сынок. А теперь слушай, я должен поговорить с кем-нибудь, кто знает мой голос и сможет опознать его.

Добкин говорил медленно и четко, но не слишком громко.

— Запиши фамилии генералов, если кто-то из них рядом, соедини меня с ним, чтобы он опознал мой голос.

— Хорошо, сэр.

Добкин продиктовал фамилии десятка армейских генералов и генералов ВВС.

— Если найдешь хоть одного из них, он сможет подтвердить мою личность. — Интересно, не оборвется ли где-нибудь связь? А что, если кто-то из арабских телефонисток подключится к линии, просто чтобы узнать, говорит ли он, и услышит разговор на иврите? Как она поступит в этом случае? — Ты понял, сынок?

— Да, сэр.

Сотрудник службы безопасности, слушавший разговор по параллельному телефону, связался по внутренней связи с одним из помощников премьер-министра, находившимся в зале заседаний.

Помощник быстро написал записку и передал ее премьер-министру.

Тедди Ласков открыл свой «дипломат» и вытащил оттуда шесть фотографий, сделанных самолетом-разведчиком с большой высоты. На каждой из них имелись пятна, расположенные в форме звезды Давида, — фальшивка, сработанная опытным специалистом по аэрофотоснимкам. Ласков почувствовал странное оцепенение и вместе с тем равнодушие к тому, что ему сейчас предстояло сделать. Так или иначе, рано или поздно, но его обман, безусловно, будет обнаружен. Карьера его уже закончилась, но после обнаружения обмана еще и имя его будет обесчещено, и, вполне возможно, его ожидает тюрьма. Но, если обман обнаружат после проведения десантной операции, все остальное уже не будет иметь для него значения. А может, они ничего и не узнают? Может, подумают, что эти фотографии просто… чудо? Такое же чудо, как его догадка о Вавилоне, как его непоколебимая уверенность. Настолько непоколебимая, что он готов покрыть себя позором и пойти в тюрьму, лишь бы заставить других поверить в это. Ласков положил стопку фотографий на стол и разгладил их. Талман, стоявший в другом конце комнаты, поймал его взгляд. «Он выглядит печальным, — подумал Ласков. — Печальным, напуганным, виноватым и растерянным». И все же Талман, не отрывавший взгляда от Ласкова, улыбнулся через силу и кивнул.

Премьер-министр отодвинул в сторону записку помощника, не прочитав ее.

— Ну, генерал? Что у вас там? Цветные фотографии и координаты «Конкорда», доставленные Тедди Ласкову ангелом Гавриилом от самого Господа? Давайте посмотрим.