– Ладно, – говорю я. – Ваша взяла.

Какой у нее родится ребенок?

Я достаю из ящичка зеленый телефончик и ухожу в пустыню, спотыкаясь в сумерках. За горами отливает заревом закатное солнце. Несмотря на мои опасения, что за это время разрядилась батарея, экранчик весело зажигается, как настоящий друг. Я набираю номер.

– Роб, куда ты, на хрен, пропала?

От злости Эйжа визжит едким, пропитанным кислотой голосом.

– И куда, черт бы тебя побрал, подевала мою машину? Тебя два месяца не было.

– Прости меня, пожалуйста, Эйжа, – отвечаю я и, не в состоянии себя сдержать, уродливо всхлипываю. Рыдания рвутся из груди мучительными спазмами.

– Верни мне ее, на хер! Немедленно.

– Я не могу отсюда уехать, тут все пошло наперекосяк. Мне страшно.

Она протяжно вздыхает.

– Роб, я нашла у тебя в ящичке тест на беременность.

– Боже мой, Эйжа… – говорю я, прочищая горло от набившейся в него едкой желчи. – Все правильно, у меня и правда будет ребенок.

– Ни хрена себе. Ты в норме?

– Честно говоря, не очень.

– Тебя… Тебя что, похитили?

– Нет.

Я даже не понимаю, с чего начать, чтобы описать положение дел.

– А ты, типа, не в секте? Твоя семья, она такая… эксцентричная, что ли… у меня всегда были на их счет подозрения…