триллерыСтрашные истории Сандайластр 206
Светлый фон
Еды и воды у нас никогда не было достаточно, но мы неизменно друг с дружкой делились. И дрались за них с другими – Берту это казалось забавным. Что еще тебе сказать? Я помню задний двор с развешанными на нем для просушки шкурами. В сарае на крючке висела какая-то завернутая в марлю штуковина – так обычно вешают ветчину, только мне кажется, что это было что-то совсем другое. Штуковина все поворачивалась и поворачивалась в лучах пробивавшегося сквозь зарешеченное окно солнца.

В историях, которые рассказывал Павел, кое-что действительно было правдой.

В историях, которые рассказывал Павел, кое-что действительно было правдой.

Лина с Бертом перестали спать по ночам – насколько я понимаю, примерно в этот период занялись собственным производством метамфетамина. Нас перестали кормить. Ребят становилось все меньше и меньше. Помню, один из них, чтобы со всем этим покончить, даже прыгнул в колодец.

Лина с Бертом перестали спать по ночам – насколько я понимаю, примерно в этот период занялись собственным производством метамфетамина. Нас перестали кормить. Ребят становилось все меньше и меньше. Помню, один из них, чтобы со всем этим покончить, даже прыгнул в колодец.

В конечном итоге остались только ты и я. На дне одной из клеток остался лежать старый плюшевый медведь, у которого не было глаз. Тебе страшно хотелось его заполучить, ведь никаких игрушек у нас никогда не было. Но мне никак не удавалось до него дотянуться.

В конечном итоге остались только ты и я. На дне одной из клеток остался лежать старый плюшевый медведь, у которого не было глаз. Тебе страшно хотелось его заполучить, ведь никаких игрушек у нас никогда не было. Но мне никак не удавалось до него дотянуться.

Берт умер. От передоза. Лина так и бросила его лежать на полу. Она смотрела перед собой невидящими, покрасневшими глазами. Целыми днями не спала и все говорила с воображаемыми собеседниками. Мы знали, что долго нам не продержаться. Когда она пришла открыть клетку, ты накинула ей на шею проволоку. Подумала, что ей пришла в голову мысль нас съесть. Может, так оно и было.

Берт умер. От передоза. Лина так и бросила его лежать на полу. Она смотрела перед собой невидящими, покрасневшими глазами. Целыми днями не спала и все говорила с воображаемыми собеседниками. Мы знали, что долго нам не продержаться. Когда она пришла открыть клетку, ты накинула ей на шею проволоку. Подумала, что ей пришла в голову мысль нас съесть. Может, так оно и было.

Выйти на солнце было сродни оказаться в эпицентре взрыва. Мы в жизни не видели ничего столь ослепительного и знойного. До этого мы несколько дней ничего не ели и не пили, но, когда я подняла крышку колодца, оттуда в нос ударила вонь, как из выгребной ямы, и вылетел целый рой мух. Я чуяла где-то недалеко койота.