Это был несчастный случай. Я бы никогда не смог спланировать что-то настолько зверское или хладнокровно совершить насилие. Но меня спровоцировали. У всех есть точка кипения, правильно? Я не знал, что позволю ему умереть, правда не знал. Все это произошло само собой, будто я наблюдал за этим с небольшого расстояния. Я наклонился и отцепил его пальцы от борта лодки, чтобы слегка подтолкнуть его. Он отплыл на несколько дюймов. Его глаза расширились, он не мог говорить. Потом я сел.

— Если ты еще раз попытаешься дотронуться до лодки, я уплыву. Так что не надо. Просто побарахтайся там еще несколько минут, и я тебя вытащу. Тебе не помешает научиться правильно обращаться с людьми. Может быть, это то, что нужно, — я стер крошечное пятнышко крови с костяшек пальцев.

В любом случае, он был не в том положении, чтобы даже попытаться острить в мой адрес. Ему потребовалось три минуты, чтобы исчезнуть, и его песочные волосы медленно опустились под воду. Я сидел в тишине и смотрел на звезды. Когда он полностью погрузился, я разбил бутылку о борт и вылил ее в воду, что, несомненно, было подходящим использованием вина Артемисов. Затем подождал тридцать минут, чтобы убедиться, что он внезапно не выскочит из воды. Ты наверняка помнишь, как делала нечто подобное с нашим дорогим кузеном Эндрю. Сложно понять, сколько времени нужно, да? Когда я убедился, что шансов выжить нет, то поплыл к яхте. Я ужасный штурман, и мне потребовался почти час, чтобы вернуться и поднять на уши команду. Я объяснил, что он не справился с управлением, когда набирал скорость, и упал за борт. Без связи я был вынужден в течение часа в одиночку обыскивать окрестности, отчаянно надеясь найти его живым, но мне не удалось. Капитан, казалось, не был удивлен; мне помогло, что Саймон был в стельку пьян, когда мы отчалили. Поисково-спасательные службы не нашли его следов в течение следующих двадцати четырех часов, но я замирал каждый раз, когда они передавали по радио последние новости.

На том все и кончилось. Мою версию проглотили без каких-либо сомнений. В газетах меня называли ассистентом, я сохранил анонимность, что было огромным облегчением. Мне бы не хотелось расстраивать маму или создавать проблемы девочкам в школе. Но Лара Артемис вышла на связь, чтобы поблагодарить меня за осмотрительность. Она была так мила, и я рассказал ей о своей истинной связи с Саймоном. Лара не удивилась. Она знала его достаточно долго, чтобы принимать бастардов в семью. Даже бровью не повела. И анализ ДНК пришелся очень кстати. Лара — прекрасная женщина, Грейс, мне жаль, что ты никогда с ней не встретишься. Теперь она отвечает за семейное состояние, и ее щедрость невероятна. Она дала мне больше, чем я мог когда-либо просить. Я обналичил этот чек, и моя семья сейчас чувствует себя намного лучше. Лара даже несколько раз заскакивала на обед. Это никогда не произносилось вслух, но думаю, они с мамой признают связь, которую разделяют. Часть избранной группы женщин, переживших братьев Артемис.