Когда он впервые увидел Суман, она помогала девочкам обрядиться в костюмы павлинов и казалась их матерью, хотя своих детей у нее не было. Но Фарруху также показалось, будто Суман одевает маленьких девочек в последний раз. Когда они убегут с арены и начнется номер «Глобус смерти», сбежавший лев уже будет поджидать их в темном проходе, ведущем к палаткам труппы.

Быть может, если анализ на СПИД будет отрицательным, то Мадху станет девочкой-павлином в «Большом Голубом Ниле». В любом случае, думал доктор Дарувалла, подтвердится ли подозрение на СПИД, или она станет девочкой-павлином, у Мадху мало шансов на благополучный исход. Девочки мистера Гарга нуждались в чем-то большем, чем лечение тетрациклином.

Сомнительная цитата из Мартина Лютера

Сомнительная цитата из Мартина Лютера

Мартин Миллс настоял на том, чтобы остаться рядом с доктором и наблюдать за его рутинной работой, поскольку одержимый провозгласил – еще даже до того, как увидел единственного пациента доктора Даруваллы, – что доктор выполняет «работу Господа». В конце концов, есть ли что-нибудь ближе к Христову делу, чем лечение детей-калек? Прямо-таки заодно со спасением их маленьких душ, хмыкнул Фаррух. Доктор Дарувалла разрешил миссионеру следовать как тень за собой, только чтобы проследить за выздоровлением одержимого после побоев. Доктор с тревогой допускал, что у схоласта могла быть серьезная травма головы, но Мартин Миллс настойчиво опровергал эту идею. Казалось, его частичное сумасшествие не имело отношения к травме, – скорее, оно было результатом слепой веры и системного образования. К тому же после испытаний на Фэшн-стрит доктор опасался отпускать Мартина Миллса, чтобы тот свободно шлялся по Бомбею, однако у доктора пока не было времени отвезти сумасшедшего во вроде как безопасную обитель Святого Игнатия.

На Фэшн-стрит иезуит был в абсолютном неведении по поводу того, насколько он похож на Инспектора Дхара, свежие плакаты с которым были расклеены над прилавками вещевого базара. Зато миссионер заметил рекламу другого кинофильма – рядом с «Инспектором Дхаром и девушками в клетушках» был постер «Смертельного желания» с Чарльзом Бронсоном, причем такого же размера, как Дхар.

– Похож на Чарльза Бронсона, – заметил иезуит.

– Это и есть Чарльз Бронсон, – пояснил Фаррух.

Сам миссионер не видел своей схожести с образом Инспектора Дхара. Однако торговцы одеждой смотрели на иезуита недобрыми глазами. Один даже отказался продать ему что-либо, но схоласт предположил, что у купца нет товара нужного размера. Другой торговец закричал Миллсу, что его появление на Фэшн-стрит – всего-навсего ловкий ход для раскрутки фильма. Должно быть, он так подумал, видя, что миссионер упорно носит на руках нищего калеку. Ругался он на языке маратхи, и мальчик с раздавленной слоном ногой в порядке обмена мнениями плюнул в сторону товаров купца.