– Гей – довольно легкомысленное слово, – сказал Макфарлейн.

Доктору Дарувалле не нравилось это слово не потому, что оно выражало предубеждение против геев, а потому, что для разных поколений оно означало разное, – во всяком случае, так он считал. Это слово любила его мать Мехер, хотя и злоупотребляла им. «У нас было веселое время», – говорила она. «Какой веселый вечер у нас был – даже ваш отец был в веселом настроении».

Доктору Дарувалле становилось не по себе, оттого что это старомодное прилагательное – синоним таких слов, как «живой», или «радостный», или «игривый», или «беспечный», – приобрело гораздо более серьезное значение.

– Если подумать, то слово «натурал» тоже неточный термин, – сказал Фаррух.

Макфарлейн рассмеялся, но его давний компаньон Фрейзер ответил с оттенком горечи:

– Ваши слова, Фаррух, говорят о том, что вы принимаете геев, пока мы не смеем пикнуть об этом, пока нас можно держать в шкафу – и при условии, что мы не озвучим нашу ориентацию, которая вас оскорбляет. Разве не так?

Но Фаррух имел в виду совсем другое.

– Я не критикую вашу ориентацию, – ответил доктор Дарувалла. – Мне просто не нравится слово, которым ее называют.

В сказанном доктором Фрейзером прозвучал какой-то снисходительный упрек, напомнивший доктору Дарувалле о том, что генетик в пух и прах разнес идею доктора найти генетический маркер для наиболее распространенного типа карликовости.

Последний раз, когда доктор Дарувалла приносил доктору Фрейзеру фотографии хромосом карликов, генетик был более пренебрежителен, чем обычно.

– Видимо, Фаррух, вы будете пускать этим карликам кровь, пока они не помрут, – сказал Фрейзер. – Почему бы вам не оставить маленьких педиков в покое?

– Если бы я произнес слово «педик», вы бы обиделись, – сказал Фаррух.

Но чего еще ожидал доктор Дарувалла? Гены карликов или гены гомосексуалистов… – генетика была щекотливой темой.

Все это заставило Фарруха глубоко усомниться в его остановившемся на полдороге проекте исследования крови карликов. Доктор Дарувалла не понимал, что выражение «остановиться на полдороге» (если только прежде было движение по ней) сопрягалось в его сознании с радиопередачей – с тем глупым интервью недовольного писателя, которое он отрывочно слушал накануне вечером. Но наконец доктор перестал ломать голову на тему крови карликов.

Пришло время сделать второй утренний телефонный звонок.

Загадочный актер

Загадочный актер

Звонить Джону Д. было рано, но доктор Дарувалла еще не рассказал ему о Рахуле; доктор также хотел бы подчеркнуть важность присутствия Джона Д. на ланче с детективом Пателом и Нэнси в клубе «Дакворт». К удивлению Фарруха, Инспектор Дхар, словно будучи на стреме в своем номере в «Тадже», тут же ему ответил.