Доктор также взял с собой полдюжины стерильных одноразовых игл и шприцев – на случай, если кому-нибудь понадобится сделать инъекцию. В цирке людей всегда кусали собаки и обезьяны. Кто-то сказал доктору Дарувалле, что среди шимпанзе весьма распространены случаи бешенства. В эту поездку Фаррух взял, в частности, три начальные дозы вакцины против бешенства плюс три десятимиллилитровых флакона человеческого иммуноглобулина. И вакцину, и иммуноглобулин требовалось хранить в холоде, но для поездки менее чем на двое суток термоса со льдом было достаточно.

– Думаешь, вас что-то укусит? – спросила его Джулия.

– Я думаю о новом миссионере, – ответил Фаррух, поскольку полагал, что если бы он был бешеным шимпанзе в «Большом Голубом Ниле», то, несомненно, попробовал бы укусить Мартина Миллса. Однако Джулия знала, что он взял достаточно вакцины и иммуноглобулина, чтобы лечить и себя, и миссионера, и обоих детей – на случай, если бешеный шимпанзе нападет на них всех.

Счастливый день

Счастливый день

Утром доктор жаждал прочесть и пересмотреть новые страницы своего сценария, но у него было слишком много дел. Колченогий мальчик продал всю одежду, которую Мартин Миллс купил для него на Фэшн-стрит. Джулия предвидела это – она купила маленькому неблагодарному негодяю еще одежды. Было непросто заставить Ганеша принять ванну – сначала он ничего не хотел делать, кроме как ездить на лифте и любоваться морским видом, поскольку еще никогда не бывал в здании с балконом, выходящим на Марин-драйв. Ганеш также не хотел надевать сандалию на здоровую ногу, и даже Джулия сомневалась в том, стоит ли натягивать на искореженную ногу чистый белый носок. Чистым и белым носок останется недолго. Что касается единственной сандалии, то Ганеш жаловался, что ремешок так натер ему ногу, что он почти не может ходить.

Поцеловав Джулию на прощание, доктор повел недовольного мальчика к такси, в котором их ждал Вайнод; на переднем сиденье рядом с карликом сидела мрачная Мадху. Она была раздражена тем, что доктор Дарувалла с трудом понимает, что она говорит. Ей пришлось использовать два языка – маратхи и хинди, – прежде чем доктор понял, что Мадху недовольна одеждой, которую ей дал Вайнод. Как одеть девочку, объяснила карлику Дипа.

– Я не ребенок, – сказала бывшая маленькая проститутка, хотя было ясно, что Дипа хотела, чтобы девочка-шлюшка выглядела как ребенок.

– Цирк хочет, чтобы ты была похожа на ребенка, – сказал доктор Дарувалла, но девочка только надулась; и с Ганешем она вела себя совсем не как сестра.