– Другими словами, дрючь их смолоду, – сказал доктор Дарувалла.
Затем Ганеш что-то сказал, что заставило Мадху засмеяться.
– Что он сказал? – спросил Мартин Фарруха.
– Он сказал, что улица –
Мадху в свой черед сказала что-то, что Ганеш явно одобрил.
– Что
– Она сказала, что предпочитает пи́сать в припаркованных автомобилях, особенно ночью, – сказал ему доктор.
Когда они прибыли в «Тадж», у Мадху был полный рот сока бетеля; кровавая слюна выступала в уголках ее рта.
– Не вздумай в «Тадже» жевать бетель, – сказал доктор. Девочка выплюнула грязную кашицу на переднюю шину такси Вайнода; и карлик, и швейцар-сикх с отвращением отметили, как пятно растеклось по круговой подъездной дороге. – Тебе не разрешат в цирке никакого паана, – напомнил ей доктор.
– Мы еще не в цирке, – сказала сердитая маленькая шлюшка.
Круговая подъездная дорога была забита такси и множеством дорогих автомобилей. Колченогий мальчик сказал что-то Мадху, и это ее позабавило.
– Что он сказал? – спросил миссионер доктора Даруваллу.
– Он сказал, что здесь много машин, в которых можно попи́сать, – ответил доктор.
Затем он услышал, как Мадху сказала Ганешу, что она бывала в одном из таких дорогих автомобилей; это не походило на пустое хвастовство, но Фаррух не поддался искушению перевести эту информацию для иезуита. Как ни нравилось доктору Дарувалле шокировать Мартина Миллса, ему показалось неприемлемым размышлять о том, что делала девочка-проститутка в таком дорогом автомобиле.
– Что сказала Мадху? – спросил Мартин Фарруха.
– Она сказала, что предпочитает дамскую комнату вместо машин, – соврал доктор Дарувалла.
– Ну и молодец! – сказал Мартин девочке.
Когда она раздвинула губы, чтобы улыбнуться ему, оказалось, что ее зубы ярко окрашены пааном – как будто у нее кровоточили десны. Доктор надеялся, что ему только привиделось нечто непристойное в улыбке Мадху. Когда они вошли в холл, доктору Дарувалле не понравилось, как швейцар сопровождал Мадху взглядом; сикх, казалось, знал, что она не та девочка, которой позволено входить в «Тадж». Независимо от того, как девочка была одета по рекомендации Дипы, Мадху не была похожа на ребенка.