Казалось, что Ганеш не обескуражен внешним видом ног миссис Бхагван. Его глаза исцелялись – каждый день они становились все яснее, – и полный ожидания взгляд калеки сиял неизменной верой в будущее. Он знал, что сможет научиться номеру «Прогулка по небу». Одна нога была к этому готова; оставалось лишь подготовить вторую ногу.

Иисус на стоянке автомобилей

Иисус на стоянке автомобилей

Тем временем миссионер спровоцировал хаос в районе клеток с обезьянами шимпанзе. Гаутам был взбешен, увидев его, – бинты были еще белее, чем кожа схоласта. С другой стороны, кокетливая Мира продела свои длинные руки сквозь решетку клетки, как будто умоляя Мартина обнять ее. Гаутам ответил тем, что усердно помочился в направлении миссионера. Мартин считал, что ему следует скрыться с глаз шимпанзе, а не стоять там и провоцировать их кривляние, но Кунал хотел, чтобы миссионер остался. Для Гаутама это послужит хорошим уроком, рассуждал Кунал: чем более агрессивно обезьяна будет реагировать на присутствие иезуита, тем сильнее Кунал будет наказывать обезьяну. По мнению Мартина, такой метод приучения Гаутама к послушанию был ошибочным; но иезуит подчинился просьбе инструктора.

В клетке у Гаутама на потертой веревке качалась старая автомобильная покрышка – протектор был лысым. В гневе Гаутам отпихнул покрышку в сторону решетки своей клетки, а затем схватил ее и вонзил зубы в резину. Кунал ответил тем, что просунул сквозь решетку бамбуковый шест и ткнул им Гаутама. Мира каталась на спине.

Когда доктор Дарувалла наконец нашел миссионера, Мартин Миллс стоял беспомощным свидетелем этой драмы человекообразной обезьяны – вид у него был такой же виноватый и жалкий, как у заключенного.

– Господи, почему вы здесь стоите? – спросил его доктор. – Если бы вы просто ушли, все это прекратилось бы!

– Вот и я так думаю, – ответил иезуит. – Но дрессировщик сказал мне остаться.

– Он дрессирует вас или шимпанзе? – спросил Фаррух у Мартина.

Таким образом, прощание миссионера с Ганешем происходило на фоне визгов и воплей по-расистски настроенной обезьяны; трудно было представить, что в этом и состоит обучение Гаутама. Двое мужчин отправились вслед за Раму к «лендроверу». Последними на их пути были клетки с сонными, недовольными львами; тигры выглядели не лучше – вялыми и не в духе. Бесшабашный водитель нарочито хватался за прутья клетки больших кошек; иногда лапа с вытянутыми когтями щелкала по железу прутьев, но самоуверенный Раму успевал отдернуть руку.

– Еще целый час до кормления мясом, – пел Раму львам и тиграм. – Целый час.