– О-хо-хо… – сказал доктор Дарувалла.

– Мои чувства к нему шли на убыль, как я уже сказал, но я все же не был застрахован от воздействия его чар, – признался миссионер. – И вот такой вдруг предоставился шанс – доступность этого человека была мучительно очевидна. Вам ясно, что я имею в виду?

Доктор Дарувалла, помнивший тревожную ночь с Мадху, сказал:

– Да, конечно ясно. И что было дальше?

– Я просто хочу подчеркнуть, насколько циничным я был, – сказал схоласт. – Я был настолько фаталистом, что решил: если он сделает хоть малейшее движение ко мне, я отвечу. Я не стал бы инициировать такой шаг, но я знал, что отвечу.

– Вы ответили бы? А он? – спросил доктор.

– Я в тот раз не мог найти свою машину – там была огромная стоянка, – сказал Мартин. – Но я помнил, что всегда старался припарковаться возле Христа…

– Вы имеете в виду статую… – прервал его Фаррух.

– Да, статую, конечно; я припарковался прямо перед ней, – объяснил иезуит. – Когда я наконец нашел свою машину, было так темно, что статуи не было видно, даже когда я уже сел в машину. Но я точно знал, где был Христос. Это был забавный момент. Я ждал, когда этот человек коснется меня, но все это время я смотрел в темноту именно туда, где был Иисус.

– И этот тип коснулся вас? – спросил Фаррух.

– Я включил фары, прежде чем он решился, – ответил Мартин Миллс. – И увидел Христа – он очень ярко выделялся в свете фар. Он был точно там, где я его и представлял.

– А где еще ему быть! – воскликнул доктор Дарувалла. – Они что, передвижные в вашей стране?

– Вы умаляете мое переживание, делая акцент на статуе, – сказал иезуит. – Статуя – это всего лишь метафора. Я почувствовал присутствие Бога. Я также чувствовал единение с Иисусом – не со статуей. Я чувствовал, что мне показали, что такое вера во Христа. Даже в темноте, даже когда я сидел и ожидал, что со мной произойдет что-то ужасное, оставалась уверенность, что Он здесь. Христос был там для меня; Он не бросил меня. Я все еще видел Его.

– У меня все же как-то не вяжется одно с другим, – сказал доктор Дарувалла. – Я имею в виду, что ваша вера во Христа – это одно. Но желание стать священником… как вы пришли от Иисуса на автостоянке к тому, чтобы захотеть стать священником?

– Ну, это совсем другое, – признался Мартин.

– Это как раз то, что я не могу уразуметь, – ответил Фаррух. Затем он сказал: – И было ли это финалом всех таких желаний? Я имею в виду, ваш гомосексуализм больше вас никогда, так сказать, не беспокоил?

– Гомосексуализм? – сказал иезуит. – Не в этом дело. Я не гомосексуалист и не гетеросексуал. Теперь я просто вне секса.