Мистер Сетна также отметил, что все наблюдают за ними. Мистер Сетна знал, что, в соответствии с планом, они держались той части танцпола, которая была видна из обеденного зала, заставляя многочисленные пары быть свидетелями того, как они там наворачивают круги. Ближе прочих к входу в бальный зал был столик, который мистер Сетна зарезервировал для мистера и миссис Догар; стюард следовал указаниям детектива Патела, позаботившись о том, чтобы вторая миссис Догар заняла место, откуда ей открывался бы лучший вид на танцующего Дхара.

Из Дамского сада с места, где сидели за столиком супруги Дарувалла с гостями, хорошо просматривался обеденный зал; доктор и детектив имели возможность следить за миссис Догар, но не за тем, что происходило в бальном зале. Однако Дхар и не был им нужен. Слава богу, большая блондинка спрятала свой необычный пупок, отметил мистер Сетна; Нэнси была одета как директор школы – или даже как няня, или жена священнослужителя, – но стюард все же усмотрел в ней нечто неподобающее, склонность к непредсказуемым или необъяснимым поступкам. Она сидела спиной к миссис Догар и смотрела в сгущающуюся тьму за решеткой беседки; в этот час бугенвиллеи обретали бархатный лоск. Открытая сзади шея Нэнси, пушистые светлые волосы, на вид такие мягкие, напомнили мистеру Сетне ее опушенный пупок.

Элегантный смокинг и черный шелковый галстук доктора резко контрастировали с неглаженым блейзером а-ля Неру заместителя комиссара; мистер Сетна определил, что большинство даквортианцев никогда не общались с той частью общества, которая могла распознать полицейских по одежде. Стюард одобрил одежду Джулии как надлежащую – длинная юбка почти подметала пол, длинные рукава в сборку у запястий, вырез не как у той, со стоячим воротником, а достойное декольте, не доходящее до ложбинки между грудей. Ах, эти старые добрые времена, горестно вздохнул мистер Сетна; как бы отвечая на его мысли, музыканты ответили медленной мелодией.

Дхар и Мюриэл, тяжело дыша, понемногу приходили в себя в объятиях друг друга; она повисла на его шее, его рука покоилась на жестких бисерных блестках на ее бедре. Она, казалось, что-то шептала ему – на самом деле она просто пела слова мелодии, потому что Мюриэл знала каждую песню, которую исполняла эта группа, не говоря уже о многих других, а Инспектор Дхар понимающе улыбался ее словам. Его усмешка была чуть ли не ухмылкой, выражавшей презрение, от которого веяло декадентством и скукой. На самом деле Дхар забавлялся акцентом Мюриэл; он находил стриптизершу весьма забавной. Но то, что видела вторая миссис Догар, вовсе не развлекало ее. Она видела, как Джон Д. танцевал с подстилкой, скорее всего шлюхой – примерно того же возраста, что и сама миссис Догар. Такие женщины слишком доступны – Дхар, разумеется, мог бы выбрать и получше, думал Рахул.