– И танцуют, и разговаривают – это все, что я знаю, – сказала Нэнси сценаристу. – Я не могла смотреть на нее, – повторила она.

– Все в порядке, милая, – сказал заместитель комиссара. – Тебе больше ничего не нужно делать.

– Я хочу присутствовать при ее задержании, Виджай, – сказала Нэнси.

– Ну, не факт, что мы ее задержим там, где ты будешь, – ответил детектив.

– Нет, пожалуйста, позволь мне присутствовать при этом, – сказала Нэнси. – Молния у меня застегнута? – вдруг спросила она, поворачиваясь спиной к Джулии.

– Ты отлично застегнута, дорогая, – сказала ей Джулия.

Мистер Догар, сидя в одиночестве за своим столом, потягивал шампанское и переводил дух, а мистер Сетна потчевал его закусками. Миссис Догар и Дхар танцевали в той части зала, где мистер Догар не мог их видеть.

– Было время, когда я хотел тебя, – сказал Рахул Джону Д. – Ты был красивым мальчиком.

– А я все еще хочу тебя, – сказал Дхар.

– Похоже, ты хочешь всех, – сказала миссис Догар. – Кто эта стриптизерша? – спросила она его.

В заготовленном диалоге ответа на это у Дхара не было.

– Просто стриптизерша, – ответил Дхар.

– А кто эта толстая блондинка? – спросил Рахул.

Для ответа на этот вопрос у доктора Дарваллы была заготовка.

– Это старая история, – ответил актер. – Кое-кому бывает трудно уйти.

– У тебя же есть выбор, – сказала ему миссис Догар, – женщины, более молодые женщины. Что тебе нужно от меня?

Это был момент в диалоге, которого и опасался актер; тут сценарию Фарруха требовался качественный скачок в сторону убедительности. Актер весьма сомневался в предстоящей ему роли.

– Мне нужно кое-что узнать, – сказал Дхар Рахулу. – Действительно ли твое влагалище сделано из того, что раньше было пенисом?

– Не груби, – сказала миссис Догар и рассмеялась.