– Ты назвал меня слабаком, когда самолет еще даже не достиг крейсерской высоты, – сказал Мартин.

– Но ты, должно быть, для начала сообщил ему, что ты его близнец, – сказал Фаррух Джону Д.

– Он ничего такого не сообщал, – сказал Мартин Миллс. – Он сказал: «Ты уже знаешь плохую новость: твой отец умер. А вот хорошая новость: он не был твоим отцом».

– Ты этого не говорил! – сказал Джону Д. доктор Дарувалла.

– Я не помню, – обычно отвечал актер.

– Слово «близнец»… Просто скажите мне, кто произнес его первым? – спросил доктор.

– Я спросил стюардессу, видит ли она какое-либо сходство между нами, – она первая и произнесла слово «близнец», – ответил Джон Д.

– Это не совсем так, – сказал Мартин. – Он сказал стюардессе: «Нас разлучили при рождении. Попробуйте угадать, кому из нас больше повезло по жизни?»

– Он просто всем свои видом изображал отрицание, – говорил Джон Д. – Он постоянно спрашивал меня, есть ли у меня доказательства, что мы родственники.

– У него не было ни стыда ни совести, – объяснял Мартин Фарруху. – Он говорил: «Ты не можешь отрицать, что хотя бы раз был увлечен мужиком, – вот тебе доказательство».

– Это было смело с твоей стороны, – сказал доктор Джону Д. – На самом деле за такой вариант только пятьдесят два процента…

– Я понял, что он гей, когда увидел его, – сказал бывший Инспектор Дхар.

– Но когда вы поняли, насколько у вас… много общего? – спросил доктор Дарувалла. – Когда вы начали осознавать общие черты… обнаруживать ваше очевидное сходство?

– О, задолго до того, как мы добрались до Цюриха, – быстро ответил Мартин.

– Что за сходство? – спросил Джон Д.