Мы ехали не дольше пяти минут и в итоге оказались на разительно отличающейся от большей части города территории: здесь не было ни пятиэтажек, ни нагромождения таунхаусов, ни технических и обслуживающих строений. Здесь были стоящие на приличном расстоянии друг от друга и на зелёных газонах двухэтажные дома из бруса или красного кирпича. Это определённо точно была элитная часть города, находящаяся совсем рядом с обыкновенной и совершенно стандартной, но и она, как и остальной город, выглядела напряжённо: часы на приборной панели показывали только половину одиннадцатого, но лишь в одном из пары десятков домиков горел свет, остальные же буквально тонули во мраке, подсвеченные лишь одним уличным фонарём или не подсвеченные вовсе.

Мы подъезжали к самому большому частному дому из бруса, который я здесь видела. Он стоял вдали от остальных, ближе к стене, взявшей в кольцо весь город, и, в отличие от остальных, он был так хорошо освещён, что, несмотря на стандартность подобного освещения в обычном мире, казалось, будто он и есть источник всего освещения в этом районе.

Я хотела спросить, куда мы приехали, как вдруг на крыльцо этого дома из входной двери буквально вылетела женщина, высокая причёска которой была мне до такой боли знакома, что на глаза сразу же навернулись слёзы. Это была Кармелита.

– Мама! – раздался радостный возглас Спиро, сидящего позади, и я одновременно с ним открыла дверь, но мальчишка, естественно, достиг своей матери быстрее меня.

Когда я оказалась рядом с Кармелитой, и она, и обнимающий её Спиро уже во всю мощь рыдали, отчего я сама сразу же очутилась на грани от эмоционального взрыва.

– Где Тристан?! – сразу же до боли вцепилась в меня своими сильными пальцами и притянула к себе Кармелита.

– С ним всё в порядке!.. Он жив, он в медицинском центре!.. – я не осознавала, что в ответ на слёзы Кармелиты сама начала плакать.

– С ним всё в порядке, мам! – раздался голос Спиро где-то между нашими животами. – С Тристаном всё хорошо!

– Теона… Теона… Спасибо тебе… Спасибо-спасибо-спасибо… – она так больно обнимала меня, что, кажется, я рисковала в итоге тоже остаться с трещиной в ребре, но и я сама обнимала её с не меньшей силой.

– Кармелита!.. Это было ужасно!.. – я плакала прямо ей в шею, смешивая свои слёзы с её красивыми чёрными волосами. – Но мы всё равно смогли…

– Дорогая… Прости… Прости, что мы не были рядом… Мы должны были быть рядом…

– Где Рэймонд? Я хочу его видеть, – я двумя руками попыталась отстраниться от Кармелиты, но она вдруг с ещё большей силой притянула меня к себе, отчего у меня едва не захрустела шея. Это её телодвижение меня сразу же напугало. А потом она, сквозь сжатые зубы и горькие слёзы, зашептала прямо около моего уха: