Киран попытался подняться. Ноги его уже почти не слушались. Эрик не смотрел на него, его веки слабо дрожали, словно он боролся с чем-то внутри себя. Внезапно Киран заметил, что около Ханны лежит еще один полный шприц. Надломанная ампула рядом с ним имела синюю головку – такого же цвета, как и та, что он ему вколол. Ампула же с адреналином была красной.
Собрав последние силы, Киран взял шприц и непослушными пальцами снял колпачок. Все шаталось. С разбега он наскочил на Эрика, и игла вошла в его шею. Он не знал, попал ли в вену и что этот поступок вообще даст, но ничего другого не оставалось. Эрик упал на пол под его весом, и они оба скатились по лестнице вниз. Глаза застелила пелена.
20. Обратно в начало
20. Обратно в начало
Ханна стояла на балконе «муравейника». Это место вернулось. Или она в него. Здесь была исходная точка. Внутри нее все еще шептал голос Эрика, и в первое мгновение ей хотелось испустить истошный крик от всего того, что она узнала. Но у нее не было голоса. И слез. Ей приписали определенную функцию, как в компьютерной игре, и вот она снова на месте своего последнего сохранения. Уровень, который никак не получается пройти.
Мир оставался вымершим, словно в ожидании чего-то. В очередной раз она заскользила по петле знакомых событий. Дойти до конца. Открыть дверь ее квартиры. В этот раз только не было белой комнаты, ее словно вырезали.
Створка бесшумно поддалась, и Ханна оказалась в знакомом помещении. Это была уже далеко не та комната, которую она видела раньше. Всюду царил хаос. Стол переместился на середину, кровать была перевернута… Раковину безжалостно выдернули, а по полу разлетелись блокноты, листы из них, одежда и все прочее, что лежало в ящиках и шкафу.
Кто-то бесновался в этой комнате. Кто-то был просто в ярости.
Ханна медленно приблизилась к лифту. На его дверях чем-то светящимися нацарапали уже известные ей строки:
Теперь в них открывался совсем другой смысл. Это были правила обмена. «Ладан» найден и уже в ее крови. Сама Ханна – открытая дверь для Ребекки, которая… где-то рядом. Это ее мир.
«Она с самого начала знала, что требуется для ее возвращения, и я слепо следовала ее указаниям…»
Внезапно ручка входной двери опустилась. Ханна вдруг в полной мере осознала, что ей ни в коем случае нельзя встречаться с тем, кто собирался войти. Иначе произойдет что-то страшное. Все теперь казалось неправильным, даже извращенным. Она сама изуродовала свое сокровенное желание быть кем-то, и оно вот-вот норовило уничтожить ее саму.