Заводчик знал, что пёс последует за ним – на расстоянии, – и потому не оборачивался до тех пор, пока не оказался у автомобиля. Там открыл заднюю дверцу, пропустил в салон собаку и почесал её за ухом. Чёрный пёс лизнул ему руку и улёгся на диван. Чёрный пёс был очень собой доволен.

Заводчик тоже.

///

Чёрный пёс бросился на цель бесшумно, даже не зарычал. Бесшумно и настолько быстро, что Прохор не успел защититься и тоже не издал ни звука – пёс в первой же атаке порвал юродивому горло.

Вот тогда закричала Криденс. За ней – прохожие. Потом – выбежавший из кухни повар – именно его крик услышал Феликс, который молниеносно проскочил через чёрный ход и оказался в переулке. Оттолкнул повара, увидел трясущуюся Криденс.

– С тобой всё в порядке?! – Ответа не ждал: прижал, поцеловал, почувствовал, как девушка в него вцепилась – значит, силы есть, – провёл руками по спине, бёдрам, шее, голове, не нашёл ни крови, ни порванной одежды и чуть успокоился.

– Тебя никто не тронул?

– Собака…

– Укусила? Тебя укусила собака?

– Чёрная собака…

– Она на тебя напала?

– Не на меня. – Криденс всхлипнула и указала на лежащего на земле человека: – Прохор…

– Прохор? – изумился Феликс.

– Она цела? – Рядом оказался Антон.

– Цела… Присмотри за ней.

Феликс мягко освободился – Антон тут же обнял девушку за плечи – и подошёл к бродяге, вокруг которого уже скапливался народ. Движения нет. Горло разорвано. Лужа крови такого размера, что нет никакого смысла проверять пульс. Но Вербин проверил.

Мёртв.

– Кто-нибудь вызвал полицию?

– Да, уже.

– Хорошо. – Вербин поднялся и оглядел зевак: – Не подходите к телу. И сделайте несколько шагов назад – это место преступления.