– Обойдемся без навигатора. Полудницы знают, куда направляется Илий. Будем держать их в поле зрения и в нужный момент опередим. У нас есть все шансы.

– Мы уже преследовали одну из них на машине, – пробурчал Дэн. – И не догнали.

– Ну, я хотя бы предложила свой вариант…

Минут двадцать они ехали в полном молчании. Трасса почти не виляла, и Дэн мог видеть огоньки внизу, просто выглянув из окна.

– Кажется, они остановились.

УАЗ съехал на обочину.

– Что с ними? Устали?

– Нет. Просто те, кого они преследуют, никуда не торопятся, а может, провалились в какой-нибудь подземный колодец.

Машину качнуло. Деревянные четки, висящие на зеркале заднего вида, задрожали.

– Ты почувствовал?

– Ага. Похоже на землетрясение.

Они выскочили из машины, посмотрели вдаль. Дэн прикоснулся к земле:

– Больше не гудит. Что это было? Полудницы?

София пожала плечами.

– Надеюсь, нет.

Солнце остывало, медленно опускалось за горы. В небе парила хищная птица, искала добычу в сухой траве, ничего не обнаружила и улетела за гору.

Дэн вытер пот со лба, плюхнулся на землю, прислонившись к горячей покрышке, ненадолго опустил веки. Перед глазами поплыли однообразные ландшафты, знакомые с детства: рыжебокие валуны, прилегшие поспать в высокой траве, темные островки леса. Он открыл глаза – ничего не изменилось: камни, холмы, клочки леса среди пустоши. Птица вылетела с другой стороны горы, покружила и превратилась в крохотную точку. Дэн глядел, как она растворяется в оранжевой полоске заката.

Что-то не так с этим пейзажем. Где-то прячется ловушка, обман. Птица? Она здесь ни при чем. Что-то другое. Холмы? Да, они. Вернее, один из них. Вон тот, третий справа. Идеально ровный. Природа не любит прямых линий. Ни тонкий слой земли, ни травяной ковер, как на других возвышенностях, не может скрыть тайны – этот холм насыпали человеческие руки…

Парень вскочил, как будто увидел гадюку.