Илий не заметил, как двинулся к воде. Векса уже был рядом, крепко сжал его плечо.

– Не спеши, доктор. Мы здесь не одни.

От пестрого узора отделилось светящееся пятно, заскользило у самой кромки воды.

Из темноты послышался дрожащий голос профессора:

– Нет… Как она здесь оказалась?

Полудница замерла, словно услышала его.

– Ее не может здесь быть, – повторял Клуге. – На базу проникли только трое. Одну мы оставили у люка. Две другие погибли возле лаборатории. Это невозможно.

В сумраке на мгновение показалось его лицо – бело-лунная маска страха.

– Тише, – приказал Векса. – Заткнись. Не шевелись.

Полудница вновь заскользила по берегу.

– Возможно, она пришла другим путем. Ты так боишься своих пациенток, профессор?

– Они… они чувствуют меня. Пора… нужно уходить.

Клуге задыхался, глотал слова.

– Мы заберем детей и уйдем, – отрезал Илий. – Вы обещали показать нам выход, профессор, помните? Если мы найдем детей… И вот мы их нашли.

– Да, да, но полудница, она здесь. Это самоубийство. Нам нечем крыть. Нечем.

– Присядьте. Не нужно паниковать.

– Нет. Это не поможет. Нет.

Векса силой усадил его на землю. Илий бросил взгляд на островок. Мальчик смотрел в их сторону, слышал их, но, похоже, не видел в темноте. Илий опустился на корточки, заглянул Клуге в лицо:

– Расскажите нам еще о полудницах, профессор. Я давно заметил, что они держатся возле воды. Их просто тянет к ней, как магнитом. Почему?

Пот ручьями стекал с лица ученого. Его лихорадило.