В темноте сложно было распознать, той же дорогой они возвращаются или другой. Туман становился гуще, послышался тихий плеск воды.

Они шли на шум и скоро почувствовали, что поднимаются в гору. Со склона холма они увидели реку, серебристой лентой блестевшую внизу. На другом берегу едва заметно выступала из мглы колокольня монастыря. До вершины туман не добрался, и они оказались над огромным прозрачным одеялом, застилавшим землю. Теперь можно было разглядеть ряд автомобилей внизу, выстроившихся перед мостом, фигурки бродивших взад-вперед наемников.

– Что это?

Гульшан заметила странное свечение на другой стороне реки. Целая стая огоньков, похожих на светлячков, плыла в сторону переправы.

На мост медленно поднялась сутулая фигура, в которой Илий без труда узнал Графа. Позади него в ряд по трое стояли вооруженные наемники.

Стая светляков остановилась напротив моста, один огонек отделился от группы, и из темноты вслед за ним выплыла фигура в черном. В руке монахиня держала лампадку.

– Мать Серафима, – прошептала Гульшан. – А за ней сестры – чуть ли не весь монастырь.

Илий выругался:

– Зачем они пришли?

– За нами, конечно.

Доктор снял с плеча винтовку.

Гульшан положила на нее руку, изогнула бровь.

– Не торопитесь. Посмотрим, что будет. Они ведь не нападут на такую большую группу женщин.

– Я бы не был в этом так уверен, – проворчал Илий.

Фигуры на мосту о чем-то разговаривали. Затем на переправу вышел еще один силуэт. Это был Азим.

– А он там что делает?

Азим активно жестикулировал, показывая в сторону леса, и в чем-то убеждал Графа. Тот, судя по позе, слушал без интереса и ничего не отвечал.

Потом Граф жестом попросил Азима остановиться. И полез в карман пиджака.

Илий не выдержал, крепко сжал винтовку. Гульшан рядом вздрогнула.