– Очень вкусно, честно, – заверяет ее Кэйли, но продолжает тыкать еду вилкой, не кладя ее в рот.
– Я откупорю бутылку вина. Думаю, у меня припрятано несколько хороших.
Кэйли достаточно быстро осушает свою порцию. Прикончив бокал, она расслабляется, конечности больше не кажутся одеревенелыми. Глаза становятся немного стеклянными и блуждающими. Алкоголь явно ударил ей прямо в голову. Фиона не знает, с чего начать рассказ обо всем, что Кэйли пропустила. Стоит ли упомянуть, что она встречалась с Дааном? Что первая жена Марка умерла не от рака? Что Даан планировал уехать из страны? Что Оли знал о Даане? Что она поцеловала Марка?
Это кажется слишком большим грузом, чтобы сразу взвалить на нее.
Вместо этого она решает, что безопаснее всего не уводить разговор от Кэйли.
– Так скажи мне, которого из них ты бы выбрала? – спрашивает Фиона.
– Серьезно? Ты сейчас меня об этом спрашиваешь?
– Ну, мне может не выпасть другого шанса, если тебя посадят, – посмеивается она.
– Очень смешно.
– Который из них по твоим надеждам это сделал? Или, может, проще определить, кто по твоим надеждам на это не способен?
– Я была в доме Даана. – Кэйли вздрагивает. – Думаю, все вполне очевидно.
– Да, но, как я уже говорила, может, Марк его подставил.
– Ты правда думаешь, что это возможно?
– А тебе бы этого хотелось?
– Я просто хочу знать правду.
– Большой запрос от человека, так долго вравшего всем, – резко отмечает Фиона. – Прости, я не хотела показаться бессердечной, но серьезно, Кэйли. Поговори со мной. Расскажи мне.
Кэйли краснеет, ей явно неловко. Она несомненно осознает тысячи раз, когда могла рассказать Фионе, своей лучшей подруге, что происходило в ее жизни, и не сделала этого, решив все скрыть. Исключить ее. Фиона хочет знать, как Кэйли удалось растоптать свои принципы и рассудительность, выплевывать ложь, душить правду. Но опять же, это кажется немного чересчур.
– То есть, ты была замужем за Марком десять лет. Он твой настоящий муж, да? – задает Фиона более удобоваримый вопрос.