– Да-да! – Санта-Колома послушно повернулся, как только Гомес ослабил хватку. Уложив патрульного спиной на асфальт и надев на него наручники, полицейский подошел к Льярене и поднял его.

– Прости, Хайме. Похоже, они сбежали через маленькое окно в гараже – ну кто бы мог подумать… Эх, я должен был это предусмотреть. – Гомес держал полубессознательного Льярену, помогая ему стоять на ногах, и с беспокойством осматривал его рану.

– Наша задача состояла в том, чтобы предотвратить проникновение в дом посторонних, мы же еще не знали тогда, что следить надо было за девчонками. – Отаменди стоял, уперевшись руками в колени и морщась от боли, с левой его бакенбарды стекала грязь. – Это невозможно было предвидеть.

Айтор достал свой телефон и набрал номер Эвы. Одновременно он принялся осторожно сжимать и разжимать пострадавшую кисть: что-то там все-таки было сломано. На звонок никто не ответил. Во рту у Айтора тотчас пересохло.

– Хайме, я пытаюсь дозвониться до Эвы. Я очень волнуюсь. Когда мы были в квартире Салас, Майте Гарсия видела ее из окна. – Айтор запнулся, подбирая слова. – Я не понял тогда выражения ее лица – решил, что она просто удивилась, увидев Эву с нами. Майте посмотрела на нее как на привидение – по крайней мере, так мне тогда показалось. Но теперь я думаю, что дело было не в этом. Я все неправильно понял. На ее лице был не страх, а волнение… Волнение человека, который что-то задумал.

На другой стороне тротуара внезапно началось бурное движение. Две патрульные машины Эрцайнцы резко остановились рядом с «Гольфом»: оттуда вышли четверо полицейских и с мрачными лицами направились к ним.

– Я думаю, Майте пришло в голову, что из Эвы можно сделать козла отпущения.

– Ты хочешь сказать, что они хотят ее использовать? – спросил Отаменди, не глядя на Айтора. Все его внимание было приковано к четырем патрульным, приближавшимся к ним размашистым шагом.

– Я бы очень хотел ошибаться, но мне кажется, что Майте Гарсия увидела в Эве джокера, который был им как нельзя кстати: можно было подстроить все так, чтобы свалить на нее все убийства. Нужно сейчас же поехать в «Аквариум», Хайме, мы должны убедиться, что с Эвой все в порядке.

– Похоже, Сильвии не удалось убедить комиссара, – наконец придя в себя, заметил Льярена.

– Нужно поехать предупредить Эву. Кто знает, что они собираются с ней сделать?

Четверо патрульных быстро приближались к ним, выстроившись в шеренгу, – очевидно собираясь их окружить. Отаменди принялся лихорадочно анализировать ситуацию. Один из поверженных ими полицейских был без сознания, другой лежал на земле. Льярена стоял с разбитой головой, а сам Отаменди был весь перепачкан грязью – и над всеми ними висел ордер на задержание.

– Да пошли они!.. – Отаменди достал из кобуры пистолет и направил его на ближайшего к нему патрульного. – На землю!

Полицейский, крепкий усатый мужчина лет сорока, резко отпрянул назад.

– Все на землю, быстро! – Отаменди стал наводить свое оружие поочередно на остальных полицейских. – Всем лежать, я сказал, черт возьми!

Айтор почувствовал, что в воздухе повисло почти осязаемое напряжение. Трое других патрульных заняли оборонительную позицию, выжидая.

– Даже не думай! – Гомес достал свой пистолет и направил его на женщину-полицейского, стоявшую крайней слева. Ее рука лежала на ремне, рядом с кобурой табельного оружия.

– Уходите быстрее! – Льярена тоже вытащил пистолет и повернул к Айтору свое окровавленное лицо. – А вы – руки за голову и на землю! – приказал он двум патрульным, стоявшим посередине.

– Пойдем. – Отаменди потянул Айтора за рукав. – Льярена!

– Что? – Полицейский Льярена надевал наручники на одного из своих коллег, Гомес – на женщину, а двое других патрульных тем временем лежали на земле лицом вниз.

– Позвони Асьеру, программисту. Скажи, что нам очень нужно узнать, что это за место – то, где происходили изнасилования, – торопливо произнес Отаменди. – Напомни ему про картину с китом, засветившуюся на видео. У Асьера точно должна быть какая-нибудь программа, распознающая произведения искусства, и можно будет узнать, где эта картина находится.

– Хорошо.

Звук сирен заставил всех одновременно оглянуться назад. Еще два патрульных автомобиля мчались к ним на полной скорости.

– Да уезжайте уже! – крикнул Льярена.

Айтор и Отаменди прыгнули в «Гольф» и, стукнув бампер одной из припаркованных патрульных машин, понеслись в сторону бульвара Мираконча. Судмедэксперт обернулся: за ними была погоня. Машина постепенно набрала скорость, и Отаменди включил третью передачу – им удалось немного вырваться вперед. Гомес и Льярена остались стоять перед подъездом дома Салас, в окружении лежавших на земле патрульных. Потоки дождя струились по лобовому стеклу, затрудняя видимость. Айтор почувствовал тошноту и подумал уже, что его вырвет, но желудок был абсолютно пуст. Полицейские автомобили продолжали преследовать их, разбрызгивая вокруг яркий свет своих мигающих синих огней и оглашая окрестности пронзительным воем сирен. Они доехали до конца бульвара и внезапно увидели: дальше улица была перекрыта. Отаменди резко развернулся, пересек разделительную полосу и поехал в противоположном направлении. Маневр дал им несколько метров преимущества, которое они тут же стали терять. Они ехали на четвертой передаче, выжимая из «Гольфа» последние силы. Когда дворники в очередной раз смахнули поток воды с лобового стекла, Айтор увидел, что в конце улицы, перекрытой с другой стороны, прямо посреди дороги лежала часть рухнувшего колеса обозрения. Это был тупик. Отаменди вдавил педаль газа в пол.

– Нет, нет, нет! – в страхе закричал Айтор. – Что вы делаете?

– У машины низкая подвеска! Мы проскочим внизу!

Нет, это невозможно – они не могли там проехать. Расстояние между асфальтом и нависавшей над ним железной массой было минимальным. Их машина должна была врезаться в эту глыбу на полном ходу. Айтор почувствовал панику, настоящий ужас, пробежавший по всему телу и заставивший его задыхаться. Они мчались с огромной скоростью, и тормозить было уже поздно. Крыша машины деформировалась, ударившись об остов колеса обозрения, но они продолжали ехать вперед. Скрежетание металлической конструкции по кузову наполнило все вокруг оглушительным грохотом. Окно рядом с передним пассажирским сиденьем провалилось вниз, а заднее разлетелось на мелкие кусочки под тяжестью давившей сверху массы. Одна из металлических балок обрушилась на переднюю часть машины, пробив лобовое стекло. Где-то позади, совсем близко, раздался звук выстрела.

– По нам стреляют! – услышал Айтор свой истерический крик.

– Это колесо! Оно лопнуло! – ответил Отаменди, пытаясь маневрировать вслепую.

«Гольф» наклонился вправо, касаясь своей задней частью асфальта. Айтор изо всех сил вцепился в приборную панель, ожидая удара. Однако машина продолжала двигаться вперед, дергаясь и сотрясаясь, и в конце концов они выехали на свободную дорогу, откуда был виден парк у здания мэрии. Из всех зеркал заднего вида уцелело лишь то, что было в салоне, и в нем отражались огни патрульной машины, остановившейся по ту сторону лежащего на земле колеса обозрения. Теперь они точно выиграли драгоценное время, учитывая, что преследовавшие их полицейские не знали, куда они направлялись. У Айтора опять возник рвотный позыв, но вышло лишь немного слюны.

– Позвони Эве, скорее, – поторопил его Отаменди, поворачивая в сторону порта.

– Не отвечает, – сообщил Айтор после томительного ожидания под бесконечную череду гудков в трубке.

– Не давай разыграться своему воображению. Сейчас нам нужно горячее сердце и холодная голова.

«Гольф» проскочил через «лежачего полицейского» и, пролетев несколько метров, с грохотом шлепнулся на асфальт. Машина все больше кренилась вправо, а дождь заливал салон со стороны переднего пассажирского сиденья. Они уже добрались до порта. Айтор молился, чтобы там никого не было, потому что на такой скорости, с какой они ехали, они сбили бы всех на своем пути. Резкий порыв ветра швырнул «Гольф» в сторону обочины, но Отаменди, быстро среагировав, сумел справиться с управлением; почти сразу же вслед за этим он нажал на педаль тормоза. Машина проскользила еще несколько метров и наконец остановилась. Они находились возле портового спуска, перед «Аквариумом».

– Подожди! – крикнул Отаменди вслед Айтору, который тотчас помчался к входу, в то время как полицейский замешкался, отстегивая ремень безопасности. – Айтор, стой! Черт возьми.

Стеклянная дверь была открыта, и судмедэксперт исчез в темноте здания. Отаменди достал пистолет и бросился вслед за ним.

Добежав до вестибюля, полицейский наткнулся на Айтора, стоявшего на коленях на полу и склонившегося над лежавшим без сознания охранником Санти. Лицо судмедэксперта было перекошено от ужаса. Отаменди пробежал мимо, направляясь в сторону лаборатории.

– Я посмотрю там, внутри! – крикнул на бегу полицейский. – Останься с ним.

– Санти! Санти! – Айтор отчаянно пытался привести охранника в чувство. – Санти, ну же, очнитесь!

Страх, до этого момента сидевший внутри него как тяжелое предчувствие, теперь обрел отчетливую форму и превратился в нечто реальное. Его охватила безудержная дрожь. Они похитили Эву – Айтор был в этом уверен. Охранник моргнул несколько раз, испуганно завертелся на полу и стал в панике отползать, пока не наткнулся на стену.