– Нет-нет, не туда, – остановил его Отаменди. – Там есть еще задний вход.
Они повернули налево и стали обходить здание, пока не обнаружили маленькую железную дверь. Айтор попытался открыть ее, но безуспешно. Полицейский достал из кармана свою волшебную отмычку и, поборовшись с замком несколько секунд, отпер дверь. Услышав скрип ее петель, они оба выругались себе под нос.
– Стой, – сказал Отаменди. – Сначала я.
Айтор пропустил полицейского вперед и проследовал за ним через небольшой холл. Вскоре перед ними появилась другая дверь. Эрцайна приоткрыл ее на несколько сантиметров и заглянул в щель.
– Ну что? Что там? – спросил Айтор.
– Сам посмотри.
Айтор приблизился. Это была просторная комната с небольшим количеством мебели и огромными окнами, расположенными сверху, над главной дверью. Вокруг разливался тусклый оранжевый свет от ламп в форме буйков, свисавших с потолка, и, хотя периметр помещения был погружен в полумрак, Айтору удалось разглядеть приставленный к стене стол, а над ним – картину с китобойным судном. Да, вне всякого сомнения, это была та самая комната. Именно там все началось. Движение двух фигур привлекло его внимание к центру комнаты. Одна из этих фигур стояла, а другая сидела, привязанная к стулу. В первой Айтор узнал Клару Салас. Она была в легинсах и черном худи, волосы собраны в хвост. Сидящим на стуле человеком оказался шеф-повар Серхио Эчабуру. Лицо его искажал неописуемый ужас, в глазах читалась паника. И, наконец, в глубине комнаты Айтор увидел еще две фигуры: Майте Гарсия привязывала к стулу Эву, по лбу которой стекала струйка крови. Она была в сознании. Жива. К счастью, жива!
– Она там! – сдавленно прошептал Айтор, с трудом сдерживая рвавшийся из груди крик.
– Спокойно, спокойно.
– В чем дело? Пойдем скорее!
– Ага, ну конечно. Думаешь, мы войдем туда, скажем: «Вы задержаны» – и готово? Наверняка они будут стрелять, и у них канистры… Ты видел канистры? – сердито зашептал в ответ Отаменди.
Айтор снова заглянул в щель. Действительно, в руке у Клары была канистра и еще одна стояла рядом с другой девушкой. Кроме того, у Майте за поясом торчал револьвер.
– И что будем делать? – спросил Айтор.
Пока полицейский обдумывал варианты, в маленьком холле, где они находились, слышалось лишь тихое постукивание зубов Айтора.
– Я спущусь обратно к причалу и подожгу их катер, – прошептал Отаменди, – может быть, кто-то из них побежит посмотреть, что случилось.
Айтор уставился на полицейского, не веря своим ушам.
– Если это произойдет – если нам повезет и одна из девчонок умчится к причалу, – тебе нужно будет войти и отвлечь ту, что останется в комнате, – продолжал Отаменди. – Ты должен будешь ее заговорить, а я тем временем прибегу обратно.
Айтор с расширенными от страха зрачками изумленно уставился на полицейского. Ему предлагалось заговаривать зубы вооруженной преступнице, зверски убившей уже двоих человек!
– Просто отвлеки ее чем-нибудь, – сказал полицейский. – Только держись подальше, не приближайся к ней. Я постараюсь вернуться как можно скорее.
По выражению лица Отаменди судмедэксперт понял, что этот план был настолько безрассуден, что даже сам эрцайна не слишком верил в него. Однако это было единственное, что они могли предпринять. У них не осталось выбора. Полицейский выбежал наружу и исчез в темноте, оставив Айтора одного в холле. Он вновь посмотрел в приоткрытую дверь. Майте и Клара переговаривались, показывая то на повара, то на Эву. Клара, казалось, колебалась. Майте взяла ее лицо в свои ладони и, заставив посмотреть себе в глаза, принялась в чем-то убеждать. Когда Клара опускала взгляд, Майте поднимала ее голову и продолжала говорить. В конце концов Клара согласно кивнула, и девушки обнялись. Затем Майте отошла в сторону и начала что-то объяснять, эмоционально жестикулируя, а Клара поддерживала ее одобрительными кивками. Очевидно, они планировали свои дальнейшие действия и пришли к согласию по этому поводу. Плохо. Сколько времени уже прошло? Страх неудачи стал сочиться через все поры Айтора, и его тело покрылось потом. Силы начали покидать его.
Ему нужно было сохранять присутствие духа.
Девушки разошлись по разным сторонам зала. Айтор услышал, как Майте отчетливо произнесла:
– Я с тобой.
– И я, – ответила Клара.
Затем они начали выливать на пол содержимое канистр. Клара остановилась, дойдя до стула повара, а Майте между тем облила и Эву. Тогда Айтор понял. Они собирались поджечь маяк вместе со своими пленниками. По его спине пробежала дрожь. Времени больше не осталось. Он должен был войти. Войти и что-то предпринять. Броситься на Клару и обезоружить ее, потом обезвредить Майте. Руки у него дрожали. Айтор попытался сделать глубокий вдох, но в его легкие просочилась лишь тонкая струйка воздуха. Из всего этого ничего не выйдет – он это знал, – но по крайней мере, Эва увидит, что она не одна. Судмедэксперт собирался уже сделать шаг внутрь комнаты, но в этот момент вдалеке прогремел взрыв. Отаменди наконец осуществил задуманное. Айтор вновь спрятался за дверью. Майте крикнула что-то Кларе Салас и выбежала через главную дверь. Теперь точно пора. Айтор решительно переступил порог комнаты.
– Привет, Клара.
У девушки вырвался крик удивления.
– Ты? Что ты здесь делаешь? – спросила она, направляя на Айтора свое оружие. Это был стреляющий электрошокер.
– Мы можем поговорить? – Айтор поднял руки, показывая, что не вооружен. – Я хочу просто поговорить с тобой.
Девушка быстро окинула взглядом комнату.
– Если ты сделаешь еще хоть один шаг – клянусь, я все тут подожгу, – пригрозила она, наводя «Тазер» на повара. – Если я нажму на курок, все сразу полыхнет, можешь не сомневаться.
Айтор оглядел комнату. Весь пол был залит какой-то вязкой жидкостью с резким запахом, напоминавшим тот, что источали морские водоросли при высыхании. Клара была права: достаточно одной искры. Девушки задумали сжечь дотла это страшное для них место вместе с последним из их насильников. Айтор посмотрел на Эву. Ему хотелось попросить у нее прощения. Их глаза встретились. Она говорила ему своим взглядом, чтобы он уходил. Ее короткие вьющиеся волосы прилипли ко лбу. Эва сидела вся мокрая, но вовсе не из-за воды. Нужно было во что бы то ни стало выиграть время.
– Клара, ну ты же не хочешь этого делать, правда? – умоляющим голосом произнес Айтор.
– Разумеется, не хочу, – ответила она. – И еще я не хотела, чтобы меня насиловали, но это произошло.
Она произнесла эти слова с каким-то смирением.
Наверное, все эти чувства разом. Если бы с ним произошло нечто подобное, он тоже желал бы, чтобы огонь уничтожил все с этим связанное и унес с собой его боль. И, конечно, людей, совершивших это… Но ведь Эва ни при чем. Она не должна была пострадать. Нет, только не она! Айтор понял: чтобы выиграть время, следовало избегать в разговоре с Кларой темы изнасилования. Он решил переключить ее внимание на другое: их общим интересом была наука.
– Можно задать тебе один вопрос? Как вам удалось установить точные концентрации тетродотоксина, необходимые для инъекций?
– Что? Ты о чем? – равнодушно бросила девушка.
В этот момент она с напряженным видом озиралась по сторонам, словно ожидая появления отовсюду множества полицейских, намеревавшихся задержать ее.
– Я пришел один, мне никто не поверил, – произнес Айтор, стараясь завладеть вниманием Клары. – Инспектор Эчеберрия велел свернуть все направления расследования, кроме версии о виновности Алекса Санхиту.
Клара посмотрела на него с недоверием и попятилась, продолжая держать перед собой «Тазер». Эва попыталась подняться, но ее руки и ноги были примотаны к стулу клейкой лентой.
– Сиди спокойно! – приказала ей Клара. – Не заставляй меня снова делать тебе больно.
Судмедэксперт прикинул, сколько времени понадобится Отаменди, чтобы вернуться с причала к маяку. В любом случае это было слишком долго.
– Послушай, Клара, – вновь заговорил Айтор. – Зачем вам Эва? Она ведь ни в чем не виновата. Знаешь что? К черту это расследование, пусть делают что хотят. Только отпусти ее со мной. Мы никому ничего не расскажем.
– Ты уверен? – спросила девушка.
– В том, что мы ничего не расскажем? Абсолютно.
– Нет. В том, что стоит разговаривать со мной как с дурочкой.
– Нет, я не…
– Ну конечно нет. Никому не стоит этого делать.
Клара подошла к Эве и еще сильнее облила ее содержимым канистры. Аспирантка закашлялась, пытаясь вдохнуть, в то время как вязкая жидкость стекала по ее лицу, попадая в нос и рот.
Айтор, чувствуя отчаяние, решил возобновить разговор, надеясь на то, что желание поделиться подробностями своих изощренных преступлений заставит девушку говорить.
– Ну же, Клара, расскажи мне. Ваш замысел состоял в том, чтобы профессор Ольмос упал в море живым, не так ли? Но как вам удалось добиться того, чтобы яд его не убил?
Девушка нехотя засмеялась.
– Когда тебя кто-то насилует, единственное полезное, что из этого можно вынести, – более-менее точно оценить его рост и вес. Понимаешь? Ты еще долго чувствуешь на себе это вонючее тело… Дальше уже все просто, остается только развести яд до нужной концентрации. Главное тут – не ошибиться, – произнесла Клара, приближаясь к повару.