«Жажду ли я мести?» – подумал он, но сразу покачал головой. Ярость и отчаяние превратились в скорбь, а горячие эмоции, как возмездие, остыли со временем. Чего он добивается? Учжин не знал ответа.

«Не усложняй. Сначала убийцу надо поймать», – одернул он себя.

Учжин знал, что эта идея поддерживает в нем жизнь. Без цели он растает, как лед, и исчезнет из этого мира.

– Можно включить музыку? – внезапно спросила Сеён, нажав на кнопку проигрывателя.

Девушка поймала сигнал нескольких радиостанций, но ей не понравились песни, поэтому она переключилась на диск. Когда заиграла музыка, взяла из бардачка коробочку от него и поинтересовалась:

– Вам нравится этот певец?

– Он нравился моей дочери.

Сеён кивнула, открыла коробочку и достала вкладыш со списком песен. Машину заполнил бархатный голос вокалиста:

– Наверное, вы хорошо ладили, – без эмоций произнесла Сеён, выбирая следующий трек.

Внезапно Учжин выключил музыку – он больше не мог ее слушать. Мужчина чувствовал на себе пристальный взгляд девушки.

– Ваша дочь… Как она умерла? – спросила Сеён, возвращая список песен обратно в коробочку.

Учжин не мог ответить. Он чувствовал, что не сможет скрыть дрожь в голосе.

Молчание затянулось, поэтому девушка решила не возвращаться к этому разговору и переключилась на природу за окном. До Ёнволя они не произнесли ни слова.

Добравшись до города, Учжин увидел указатель к реке Тонган, но намеренно проехал мимо. Та дорога вела к нужной обсерватории, но рядом с ней совсем не было места, чтобы немного отдохнуть.

– Давайте остановимся где-нибудь, – предложила Сеён, увидев реку.

Сосредоточенный на дороге Учжин осмотрелся в поисках чего-нибудь подходящего. Вскоре они подъехали к улице, где располагались гостиницы, магазины, рестораны и заправки. Учжин остановился напротив круглосуточного магазина, чтобы пообедать.

– Где это мы? – спросила Сеён.

– В окрестностях Ёнволя. Если мы повернем в сторону реки Тонган и проедем десять километров, то доберемся до обсерватории. Давай немного отдохнем и сделаем последний рывок, – объяснил Учжин, показывая нужное направление.

За выстроившимися вдоль дороги зданиями протекала река, а за ней возвышались горы. На склоне одной из них находился небольшой парк, где бил источник с минеральной водой. Его заключили в фонтанчик в виде черепахи, и любой желающий мог набрать себе эту лечебную жидкость.

Теперь Учжин понял, почему гостиница и магазин назывались «Оздоровление». В районе источника располагалось много пансионов и санаториев, что говорило об известности этого места. Но стояла зима, поэтому на парковке он насчитал всего пару-тройку машин.

Учжин спросил у Сеён, хочет ли она сходить за минеральной водой, но девушка лишь отрицательно покачала головой. Лучше ей не стало. Возможно, она все еще переживала из-за потерянного телефона… Учжин развернулся и пошел в кафе.

Несмотря на обеденный час, внутри не было посетителей. Кипарисы в горшках кто-то украсил мишурой и блестками, имитируя елку, а из окна виднелись скалистые вершины гор.

Заметив Учжина, женщины на кухне вскочили со своих пластиковых стульев. Та, что была одета в теплый свитер, вышла вперед и поприветствовала гостей. Она поставила на стол графин с водой и стакан и собралась было уйти, как в дверях показался ребенок, – и ее лицо сразу озарила улыбка. Женщина присела на корточки и широко распахнула руки, намереваясь заключить внучку в объятья. Пятилетняя девочка рассмеялась и чмокнула бабушку в щеку. Наверное, она играла на улице – ее лоб вспотел, а любопытные глаза сияли от восторга.

– Внученька, устала? Сейчас закончится обед, и пойдем с тобой…

– Бабушка, я сегодня раскрасила целых три картинки!

– Умница моя! – воскликнул женщина и, обнимая, подняла девочку.

Малышка смеялась и сопротивлялась, отталкивая ее руками, но скорее в шутку – ей самой нравилось.

Наблюдая за бабушкой и внучкой, Учжин вспомнил…

Открыв капот в машине, он возился с двигателем – и внезапно почувствовал, как кто-то крепко обнял его сзади. Обернувшись, Учжин с удивлением обнаружил дочь.

– Ты меня напугала! – воскликнул он.

– Папа, нам сегодня на биологии рассказывали, что, если обнять человека со спины, его мозг начнет вырабатывать гормон счастья.

– Какого еще счастья? Я чуть не поранился.

– Да? Тогда повторим, – хитро улыбнулась Сучжон и заключила отца в крепкие объятия. Внешне она такая взрослая, но в душе еще совсем ребенок… – Теперь чувствуешь?

– Ну хватит… Видишь, у меня в руках инструменты? Школьную форму испачкаешь…

Сучжон разочарованно отошла в сторону.

…Почему Учжин тогда не обнял ее в ответ? Он оттолкнул дочь просто потому, что был весь перепачкан маслом. Тогда он даже не осознавал, каким ценным и счастливым был тот момент…

Учжин не знал, что вскоре никогда больше не сможет ощутить объятий дочери.

– Извините, может, вы уже примете у нас заказ? – холодно произнесла Сеён.

Учжин отчетливо чувствовал перемену в ее настроении.

– Что желаете? – спросила женщина, опустив внучку на пол.

Девушка назвала блюда, но владелица, игнорируя ее, обращалась исключительно к Учжину. Похоже, резкий тон Сеён оскорбил ее. Мужчина, пытаясь сгладить ситуацию, быстро определил, что будет есть сам и что будет его спутница.

Девушка непрерывно смотрела на пейзаж за окном.

– У тебя плохое настроение, – заметил Учжин.

– Я… просто все бесит. Телефон пропал…

– Переживаешь?

– Да нет… просто никто не знает, что я исчезла.

– Если хочешь, набери с моего. – Глядя на ее расстроенное лицо, мужчина протянул телефон.

Сеён отрицательно покачала головой.

Внезапно кто-то позвонил. Учжин быстро поднес экран к глазам. Незнакомый номер. Но он помнил его из телефона девушки. Ли Чэхёк.

– Алло, – ответил Учжин, отходя от стола.

В трубке раздался голос отца Сеён. Учжин вышел на улицу и лишь тогда продолжил разговор.

– Где моя дочь? – взревел Ли Чэхёк.

Знал ли бывший прокурор, что еще пару мгновений назад мог поговорить с дочерью? Внезапно Учжин осознал, что у него есть его номер. Впрочем, он не собирался прятаться. Чтобы вычислить настоящего преступника, ему необходимо встретиться с Ли Чэхёком. Он хотел забросить ему наживку, идея которой возникла в его голове после вчерашнего вечера.

Учжин осторожно подбирал каждое слово:

– Ты уже встретился с Юнги? Другом твоей дочери?

17

17

В два часа дня, когда закончился обеденный перерыв, кафе опустело. Помещение провоняло запахом зрелого кимчхи – на улице было холодно, поэтому все посетители поголовно заказывали суп кимчхи ччиге.

Тхэхён открыл дверь заведения, чтобы проветрить его. Пока он поглядывал на жену и курил, через дорогу, у мастерской Учжина, остановилась машина. Из нее вышел водитель и дернул входную дверь. Сперва Тхэхён подумал, что это очередной клиент его товарища, но, перейдя через дорогу, понял, что мужчина в безупречном костюме приехал сюда явно не для ремонта автомобиля…

Мастерская была закрыта уже месяц. Тхэхён видел, как Учжин убивался после смерти жены, поэтому такое решение казалось ему закономерным. Он не думал, что его друг, потерявший жену и дочь, быстро оправится от горя. Но после того как Учжин десять дней не отвечал на звонки, Тхэхён начал переживать. Он заглянул к нему домой, но и там его не оказалось. Тхэхён предположил, что если Учжин заперся в квартире и не подает признаков жизни, то… Нет, такое нельзя представлять.

Спустя пятнадцать дней после смерти жены друг наконец объявился.

– Почему ты не брал трубку? – закричал Тхэхён, сдерживая слезы.

– Извини. Ты переживал?

– Быстро выходи на работу. Вместе проще справиться с горем.

– Да, наверное.

– Ты дома?

– Нет, поехал проветриться, – протянул Учжин.

– Пойдем со мной в поход в горы? Ты же это любишь…

– Тхэхён, со мной всё в порядке, правда.

– Так я и поверил… Я спокойно вздохну, лишь когда ты вновь откроешь мастерскую.

Учжин молчал.

– Ну так что, когда? – настойчиво продолжал Тхэхён.

– Чуть позже, у меня есть дело.

– Какое дело?

– Потом расскажу, – отрезал Учжин.

– Без тебя жизнь совсем не та, – грустно протянул Тхэхён.

– Рад, что скучаешь… На связи.

Голос Учжина казался нормальным, но непонятная тревога в сердце Тхэхёна только росла. Он понимал его эмоции как никто другой.

После смерти брата Тхэхён тоже «упал в пропасть» и заперся в комнате – не только потому, что скорбел, но и потому, что не хотел наблюдать за страданиями родителей.

Впервые за свою жизнь он увидел отца в слезах. Тот сидел на полу, безвольно раскинув руки и склонив голову, и безутешно рыдал. Тхэхён и подумать не мог, что папа умеет плакать навзрыд, как маленький ребенок. Однако после смерти брата убедился в этом. Больше отец никогда не показывал свою скорбь перед Тхэхёном. Но, проснувшись на рассвете, он увидел папу на балконе – тот в отчаянии бил себя кулаками по груди и задыхался от бессилия и слез…

Тхэхён не виделся с Учжином несколько дней, но отчетливо услышал грусть в его голосе. Ему хотелось во что бы то ни стало вернуть друга на работу в мастерскую. Тхэхён думал, что ему полегчает, если он увидит Учжина…

– Что вас интересует? – спросил Тхэхён у незнакомца.

– Тут заперто, – заметил собеседник.

– Да, как видите…

– Владельца зовут Чхве Учжин?

– А зачем вы спрашиваете? – удивился Тхэхён.

– Вы с ним хорошо знакомы?

– Ну да, я работаю в кафе по соседству…