Взгляд То Чиуна скосился вбок, а Сокчун продолжал смотреть на парня в зеркало.

Появление кошки было неожиданным. Вальяжно она прошла к миске с кормом. Своими желтыми глазами и острыми ушами кошка походила на Космо, которая раньше жила в доме Сокчуна. Всего несколько недель назад он случайно нашел животное и, не надеясь, что Чиун может как-то отреагировать на кошку, принес ее в эту квартиру. Юноша смотрел на нее пронизывающим взглядом, таким задумчиво-глубоким, что у Сокчуна сперло дыхание.

– А-а-а… – Лицо юноши скривилось, и он прикрыл глаза.

Губы шевельнулись в попытке что-то сказать, но снова замерли, а потом снова шевельнулись и замерли. Сокчун убрал в сторону скакалку и развернул к себе кресло:

– Что такое? Говори! – заорал он, сжимая плечи юноши.

– Разве эта кошка не умерла? – подергивая губами, пробормотал Чиун.

– Что?

– Эта кошка умерла еще тогда, на том складе.

– Кошка умерла?

То Чиун в ответ молчал. Сокчун сглотнул сухую слюну.

– Ее кто-то убил?

– Какая-то девчонка. Дрянная малявка.

– Девчонка? Ты помнишь ее лицо?

– Нет.

– Еще рассказывай. Живее! – Сокчун схватил Чиуна за горло. – Зачем ей убивать кошку?

– Не знаю. Но сказали, что она убила.

– А как она звала кошку? Помнишь имя кошки?

– Кажется… кажется, Космо.

Сокчун снова достал смартфон и подсунул к самому носу фотографию Сонгён.

– Эта девочка?

– Я не знаю ее лица, видел только со спины. – Чиун опустил голову и осипшим голосом произнес: – Я больше не могу. Голова кружится.

Сокчун схватил его за затылок, приподнял голову и впился обеими руками в лицо:

– Ты тогда и убил эту девочку. Почему ты ее убил?

– Я убил?

– Да, вот такой же скакалкой сдавил ей горло, вспомнил теперь?

– Скакалкой…

То Чиун широко раскрыл глаза, словно где-то раскрылась заветная шкатулка памяти. Он уставился на Сокчуна огромными глазами. Сокчун тотчас скривился и громким голосом прикрикнул:

– Прекрати!

Сокчун подхватил лежащее на полу полотенце и вставил в рот парню в виде кляпа. Чиун яростно задергался всем телом.

– Это ты совершил убийство в том подвале. Ты убил девочку! Зачем ты это сделал? – Его голос срывался на крик, но оставался холодно-жестким.

Трепыхавшийся Чиун внезапно замер и опустил голову. Наступила тишина.

– Почему ты так поступил? – поборов себя, еще раз спросил Сокчун, но ответа не последовало.

В голове Сокчуна по-прежнему оставалось множество нерешенных вопросов, но тянуть дальше с допросом было невозможно. Он знал, что накопившийся гнев сейчас вырвется из него и все тело охватит жар. На удивление, он ощущал лишь пронизывающий холод. В комнате было тепло, но внутри него самого все похолодело. Он хотел как можно быстрее покончить с задуманным и избавиться от этого невыносимого озноба.

Сокчун забеспокоился: продолжительный шум из квартиры мог вызвать подозрения у соседей. И не только соседи по этажу, а просто жители дома могли позвонить в полицию. Медлить было нельзя. Сокчун поднял скакалку с пола.

Он обвил резиновым шнуром шею юноши. Стоило лишь со всей силы потянуть в разные стороны – и конец, но дернуло же его в этот момент бросить взгляд в зеркало. Отражающееся в нем лицо Чиуна уже посинело от напряжения. Сокчун отвернулся, но синюшное лицо не уходило из головы. Он убрал зеркало, чтобы скрыть навязчивый образ, положил скакалку на пол и зашел в спальню. Из ящика комода он вытащил бязевый мешок для стирки с завязками.

Сокчун убрал полотенце изо рта пленника, и парень тут же стал шумно вдыхать воздух. Юноша взглянул на мешок в руках мучителя и сразу догадался, для чего он; его глаза еще больше выкатились вперед. Только Сокчун раскрыл края мешка, как Чиун с ужасом в глазах застонал.

Сокчун в последний раз взглянул парню в глаза, мысленно попросил прощения и тут же накинул мешок на голову. В тот момент, когда он уже был готов взяться за веревки и туго затянуть их на шее, из мешка вырвался громкий четкий голос:

– Старик-фрик!

Сокчун потянул за концы. Если он сейчас остановится, то навряд ли потом доведет дело до конца. Не прошло и нескольких секунд, как он ослабил хватку. Слова, сказанные Чиуном, чем-то задели его. Сокчун сорвал мешок с головы парня и спросил:

– Что ты сейчас сказал?

– Тогда тот мужчина этим же закрыл лицо. – Возбужденный взгляд Чиуна упал на мешок. – Таким же способом он задушил девочку.

Сокчун как следует усадил съехавшего с кресла Чиуна и торопливо переспросил, о чем идет речь.

– Тогда на том складе был старик-фрик. Он и назвал ту девочку дрянной малявкой.

Прокашлявшись несколько раз, Чиун плотно закрыл глаза и, словно свидетель под гипнозом, рассказал все, что помнил. Короткие предложения одно за другим вылетали из его рта и как бусины нанизывались на цепь событий. Сокчун внимательно слушал каждое слово и восстанавливал, рисуя в голове, события того дня.

Признание длилось минут пять. После этого еще минут десять продолжались вопросы и ответы. То Чиун поведал о многом. Сокчун никак не мог привести свои чувства в порядок. Руки трясло мелкой дрожью.

В тот день на парковке был еще один мужчина. Именно он убил Сонгён, воспользовавшись желтым бязевым мешком, надев его на голову и затянув веревки.

Увидев в руках Сокчуна такой же мешок, Чиун вспомнил того мужчину. Перед тем как выяснить, правда ли это, в голове Сокчуна пронеслось тревожное воспоминание.

Не кто иной, как Ким Кваннэ рассказал ему, как пользоваться тканевым мешком, объяснив, что это самый легкий способ заставить человека потерять сознание, и узнал он об этом способе еще давно, когда служил в армии.

Весь последний год Ким Кваннэ чересчур активно помогал им в осуществлении их плана, прекрасно зная, насколько это незаконно и даже опасно. Конечно, на это могло быть несколько причин. Все это время Сокчун наивно полагал, что старик точно так же, как и они, чувствует боль из-за смерти Сонгён и питает надежду на поимку убийцы. Поэтому без малейших подозрений он принял помощь бывшего охранника, считая ее чем-то естественным. Слишком поздно он осознал, что здесь что-то не так.

Сокчун отыскал в галерее телефона фотографию Ким Кваннэ, сделанную для получения визы. Увеличив лицо на экране, он поднес телефон к глазам Чиуна:

– Это он – старик-фрик?

То Чиун тяжело откашлялся, но взглянуть на фотографию у него уже не было сил. Сокчун сходил на кухню за стаканом холодной воды и поднес к губам парня.

– Посмотри снова.

Сокчун увеличил снимок, сделав акцент на глаза. Именно из-за взгляда и глаз навыкате дети обзывали Ким Кваннэ фриком.

– Этот старик?

Взглянув на экран, Чиун кивнул.

Сокчун припомнил поведение Ким Кваннэ. Он больше всех проявлял интерес к расследованию убийства Сонгён и всем сердцем желал скорейшей поимки преступника. Точь-в-точь как отчаявшийся родитель. Сокчун всегда был благодарен ему за такое отношение к их беде как к своей личной. И ни разу не заподозрил ничего странного.

Голова Сокчуна гудела, будто его ударили тяжелым металлическим молотом. Его выворачивало изнутри, а ноги стали ватными. Шатаясь, он ухватился за книжный шкаф и повернул голову: перед глазами сидел паренек с растерянным видом, совершенно не понимающий, что происходит. Чувство ненависти и жгучее желание покарать виновного, которые еще недавно управляли им, испарились как дым.

Сокчун внезапно осознал: Ким Кваннэ сейчас рядом с его женой. Они оба скоро покинут Корею. Сокчун набрал номер Чиён.

Но прозвучало лишь автоматическое сообщение о том, что аппарат вызываемого абонента выключен. Телефон бывшего охранника тоже оказался выключен.

– Только бы не… – пробормотал Сокчун с тревогой в груди.

Он проверил время: до вылета оставался примерно час и двадцать минут. Может, у него получится домчаться в аэропорт до их посадки на самолет.

Сокчун зашел в комнату забрать свой рюкзак. Перед выходом из дома он ввел усыпляющий препарат в вену на руке Чиуна.

Сев в машину, Сокчун завел двигатель и, не медля ни секунды, вжал в пол педаль газа, покидая парковку. Он понесся по шоссе, игнорируя камеры на скорость и знаки, запрещающие выезжать на выделенную полосу для автобусов. Он мчался, обгоняя любую показавшуюся впереди машину. Телефон жены был по-прежнему выключен. Волнение в груди росло с такой же скоростью. Прежнее доверие к Ким Кваннэ разбилось вдребезги.

К счастью, скоростная магистраль была пуста. Выжав максимальную скорость, Сокчун буквально летел без преград. В голове гудело от рассказа Чиуна, погружая все глубже в омут подозрений. Пусть это пока что не подтвержденные факты, но их хватало, чтобы не отпускать жену вдвоем с Ким Кваннэ.

Сокчун перестроился, чтобы обогнать автомобиль впереди. Дорожное полотно немного подмерзло, и колеса слегка заскользили по нему. Он вывернул руль, чтобы избежать столкновения с машиной сбоку, но на этот раз задние колеса заскользили и машину завертело. Самосвал сзади не смог вовремя остановиться и впечатался в машину Сокчуна. Под воздействием удара автомобиль пролетел вперед и столкнулся с барьерным ограждением посередине дороги.

Удар прошелся по всему телу, и Сокчун с трудом разлепил глаза. Перед ним вился дым, лобовое стекло полностью отсутствовало, в нос ударил запах гари, а в ушах стоял оглушающий звон. С трудом подняв голову, он огляделся. На дороге творился хаос: по цепочке столкнулось несколько машин.