– Дорогу сами найдете? – спросил он.

– Пожалуйста, помогите мне отыскать дом штурмана Жана Альфонса, – с жаром попросила я. – Это мой друг. Он мне непременно поможет.

Мы вышли на рыночную площадь. Микел первым нырнул в толпу, а я юркнула за ним. От чужих голосов быстро зазвенело в ушах. Люди торговались и смеялись, перекрикивались, грозили друг другу. От шума и буйства красок у меня разболелась голова. Чем только не торговали на этом рынке: цепями и игрушками, инструментами и ведрами, мылом, чашками и свечами – словом, тут продавались все прелести современного мира. Толпа была плотной и беспокойной, но мне и без нее оказалось непросто передвигаться: я еще не привыкла заново ходить по суше.

Вскоре Микел остановился. Я подняла глаза и увидела прилавки с мясом, тушками каплунов и сливочным маслом, а также столы, заваленные грушами, латуком, сливами – черными и красными, как вино. Плоды были такими спелыми, что на некоторых лопнула кожица, и капли сока падали на ящики и камни мостовой. Микел купил немного темного винограда и предложил мне, но от такого изобилия меня замутило, и поесть я не смогла.

Неподалеку была лавка молочника. Торговец отреза́л кусочки от больших круглых голов сыра и угощал прохожих. Микела он угостил, а меня нет, только скользнул презрительным взглядом по моим лохмотьям.

– А где тут штурман живет? – спросил Микел.

– Какой? – уточнил торговец. – У нас их полно.

– Жан Альфонс, португалец, – подсказала я.

Торговец пропустил мои слова мимо ушей: он смотрел на моего спутника, ожидая ответа от него.

– Жан Альфонс, португалец, – эхом повторил баск.

– В высоком доме над бухтой. У него еще дверь в синий выкрашена, – сообщил молочник.

Мы пошли вверх по крутой, точно скалы на моем острове, улочке и вскоре нашли тот самый особняк с синей дверью. К ней вели высокие каменные ступеньки.

– Помочь вам подняться? – предложил Микел.

– Нет, пожалуйста, подождите тут, – попросила я, испугавшись, что, если мы заявимся на порог вдвоем, это сочтут неприличным. Почему‐то растрескавшаяся обувь и рваное платье смущали меня куда меньше.

Что же мне скажет штурман? Обрадуется ли он нашей встрече? Заплачет ли, узнав о гибели Огюста? Они ведь были товарищами… Я надеялась, что Жан Альфонс предложит мне поселиться у него, но сможет ли он защитить меня от Роберваля? Я взялась за железное кольцо на двери, постучала им и замерла, полная страха и предвкушения.

Дверь медленно приоткрылась, но тут же захлопнулась, едва слуга меня увидел. Я даже слова не успела сказать.

– Откройте, пожалуйста! – взмолилась я. – Выслушайте меня. – Увы, никто мне не ответил. Пришлось снова колотить в дверь тяжелым кольцом. – Я Маргарита де ля Рок!