Никто не возразил. Никто не обрадовался. Ребята молча разглядывали жалкую парочку. Пускай даже похищение рюкзаков было проверкой. Проверяющие тоже обычно симпатий не вызывают.

— А в чем они пойдут? — спросил паренек с косынкой.

— Не знаю, — сказала Лжедмитриевна с видом если не равнодушным, то вполне безмятежным.

— Так и пойдем, — мрачно сказал Борис.

Ребята дружно засмеялись. Борис насупился. Ему-то было не до смеха. Алексей Палыч, помня о своем учительском положении, потихоньку ежился от неловкости, мучительно подыскивая какие-то нужные слова, и не мог их найти.

Но смех немного разогнал облака неприязни. Ребята почувствовали свое превосходство и от этого стали добрее.

— У меня есть запасной свитер. Только он «хебе». — Девочка, которая приходила за ними, покопалась в своем рюкзаке и перебросила свитер Борису.

Борис ловить не стал. Свитер мягко ударился о его грудь и упал на землю.

— A y меня кеды, — сказал паренек в темных очках.

Связанные шнурками кеды мелькнули в воздухе и опустились возле ног Алексея Палыча. Он нагнулся, взял кеды и посмотрел на подошву, где был оттиснут размер.

— Подойдет?

— Спасибо, — сказал Алексей Палыч, и все почему-то опять засмеялись.

Лжедмитриевна серьезно и внимательно за всем наблюдала. Чувств на ее лице было не больше, чем на лунном диске.

Подбежали двое посланных к лесу. Они принесли фляги с водой.

— Нашли родник! Вкусная! — выпалил один, и оба уставились на чужаков.

— Гы-гы. — Что это выражало, было неясно, и выяснить не удалось, потому что они тут же плюхнулись на землю. — Есть хочется — жуть!

Остальным больше хотелось пить. Обливаясь и вкусно чмокая, ребята пили. Дошла очередь и до Алексея Палыча. Он послушно засунул горлышко в рот. Впервые в жизни он понял, что ничего не бывает вкусней прохладной, чистой воды.

«Теперь буду пить только такую, без варенья, без сахара…» — подумал Алексей Палыч и тут же поперхнулся. Но не от воды, а от шепота.