– Убить, сосунка!

– Распять на берегу, чтобы далеко виден был. Чтобы другие псы из его рода-племени, помнили и чтобы навеки забыли дорогу к нам!

– На корм рыбам его, пусть плывёт в свою Норвегию!

Гневно выкрикивала свита Гарольда за его спиной.

Долго и испытывающее Гарольд глядел в лицо мальчишки, но не видел там ни тени страха, ни капли сомнения. Он готов был умереть, этот новоявленный король Норвегии, а викинги за его спиной, выполнят всё, что он обещал.

– Хорошо. Бери с собой десяток людей, и иди ищи тело своего отца. Он всё-таки был королём, отважным и славным воином, и достоин быть погребённым с честью. А потом, садитесь на корабли, сколько вас там влезет, остальные оставите, и убирайтесь.

– И помни, ты обещал и поклялся, – добавил Гарольд уже тише, в спину Олафа.

Тот обернулся, на миг, гневом сверкнули глаза его, но он склонил голову, подтверждая слова своей клятвы.

Глава десятая

Глава десятая

С Гаральдом, к берегам Англии, пришло более чем 300 кораблей. Олаф, и остатки норвежского войска, загрузились только на 24, оставив остальные корбли англосаксаксам. Они, подняв паруса, взяли курс на север. На одном из кораблей, в полной воинском облачении, с мечом в руках и с короной на голове, лежало тело бывшего короля Норвегии. Его везли на Оркнейские острова, чтобы его любящая супруга Елизавета Ярославовна, могла оплакать своего мужа. Горестным был этот путь, для волею судьбы и случая, оставшихся в живых викингов.

А на Оркнейских островах, в тот же день, 25 сентября, в тот же час, когда погиб Гаральд, быстро и внезапно, скончалась его любимая двадцатилетняя дочь Мария.

Елизавета выплакала глаза, гладила волосы мужа, целовала его лицо, когда ей доставили его тело. Два гроба стояли рядом – мужа и дочери, что ещё может быть горестнее и печальнее для жены и матери?

Елизавета вспоминала, как она, маленькой, шестилетней девчонкой, впервые увидела этого высокого и красивого, старшего её на десять лет юношу, когда он пришёл наниматься на службу к её отцу. Вспоминала первые встречи, как он первый раз прикоснулся к её руке… Помнила она и те Висы Радости, все все, которые Гаральд посвящал ей, находясь на службе в Византии. Как Гарольд тепло целовал её и поднял на руки, когда у них родилась Мария. Помнила и то, как ей было больно, когда Гаральд взял вторую жену – Тору Торбергсдоттир. Как ей было больно и неприятно, но она смирилась, из-за любви к Гаральду. Вспоминала она год за годом, всю свою жизнь, прожитую рядом с Гаральдом. То как крепла и росла красавица Мария, как она и Гаральд любили её. Помнила она каждую морщинку на лице мужа, каждый его шрам и каждую родинку на теле. Всё помнила она, и сейчас, стоя у гроба, безутешно плакала…