Меллори. – Я не могу объяснить, но это очень важно. На карту поставлены тысячи жиз. .

— Тысячи жизней?. Что за мелодраматическая чепуха!

– недобро усмехнулся Бриггс. – Предлагаю сохранить эти слова для мемуаров рыцаря плаща и кинжала, капитан

Меллори.

Меллори встал, обошел стол и остановился рядом с

Бриггсом. Карие глаза его смотрели холодно и спокойно.

— Я слишком устал от споров. Вы сделаете все именно так, как я вам сказал. Иначе я позвоню в штаб флота, свяжусь по радио с Каиром, и тогда, клянусь, на ближайшем корабле вы отправитесь в Англию, на палубе для рядовых.

Лицо Бриггса покрылось белыми пятнами.

— Ну ладно, ладно, к чему эти глупые угрозы? Если вам так уж хочется... – он безуспешно пытался скрыть уязвленное самолюбие. – Мэтьюз, позовите часового.

Торпедный катер несся на вест-норд-вест, то зарываясь носом, то вновь взлетая на волну. Мощные авиационные моторы монотонно тянули вполсилы. В сотый раз за эту ночь Меллори взглянул на часы.

— Опаздываем? – спросил Стивенс.

Меллори кивнул.

— Нужно было отправиться прямо от «Сандерленда».

Там ведь был причал.

— Держу пари на пять фунтов, что у них отказал мотор,

– проворчал Браун.

— Правда. Откуда ты узнал об этом? – согласился удивленный Меллори.

— С этими несчастными моторами торпедных катеров всегда случается одно и то же. Они капризны, как голливудские «звезды».

В темной каюте наступила тишина.

— А вдруг мы опоздаем? – заметил Миллер. – Почему бы им не прибавить скорости? Говорили мне, что эти корыта делают от сорока до пятидесяти узлов.