Удастся ли «Аляске» прибыть раньше «Альбатроса» к Большому Ляховскому острову? Маловероятно — ведь Броун опередил Эрика Герсебома на три дня. Но попытка не пытка! «Альбатрос» мог сбиться с пути, натолкнуться на какие-то препятствия. Как знать, а вдруг его удастся догнать или даже опередить? Пока оставалась хоть малейшая надежда на успех, нужно было идти на любой риск!

Надо сказать, что погода благоприятствовала нашим путешественникам: теплый, слегка увлажненный воздух, дымка тумана над горизонтом указывали на то, что море свободно со всех сторон, за исключением того участка, где льды все еще держали «Вегу» в плену. Лето только начиналось, и «Аляска» могла с полным основанием рассчитывать на десять недель хорошей погоды. Опыт плавания у северного побережья Американского материка оказался для Эрика очень ценным и позволял надеяться, что новый переход не вызовет больших трудностей. Для возвращения в Швецию Северо-восточный путь являлся самым коротким, к тому же и в интересах науки следовало воспользоваться маршрутом Норденшельда и проделать его в обратном направлении. Если бы это удалось— а это вполне могло осуществиться!— то тем самым было бы окончательно доказано и подтверждено практическое значение открытия великого исследователя.

Сама стихия, казалось, стала на сторону «Аляски» и покровительствовала ей. В течение десяти дней ветер почти непрерывно дул с юго-запада, что позволяло проходить в среднем по девять-десять узлов, не разводя топок. Это давало нашим путешественникам большие преимущества, не говоря уже о том, что ветер оттеснял к северу плавучие льды, облегчая тем самым плавание. За десять дней «Аляске» лишь несколько раз встретились небольшие скопления пакового дрейфующего, или «гнилого», льда, как обычно называют полярные мореплаватели наполовину растаявшие остатки зимних ледяных полей.

На одиннадцатый день разразилась снежная буря, которая, в сочетании с густым туманом, сильно замедлила ход корабля. Но утром двадцать девятого июля солнце вновь засияло во всем своем блеске, и путешественники неожиданно увидели вдалеке восточную оконечность Большого Ляховского острова.

Эрик тотчас же распорядился обогнуть его, чтобы проверить, не укрылся ли «Альбатрос» в какой-нибудь бухте, и вместе с тем защитить судно от встречного ветра. Когда пароход обошел весь остров, капитан «Аляски» приказал бросить якорь приблизительно в трех милях от южного берега; потом сел в шлюпку вместе со своими тремя друзьями и шестью матросами. Через полчаса бот вошел в довольно глубокую бухту.